Стефан пишет, что на обед не придет, но если у меня срочное дело, то я могу подойти через 15 минут в кабинет к Наследнику, там сможем переговорить. Это, конечно, не совсем то, что я хотела. Но как говорится: на безрыбье…
К назначенному времени я вхожу в кабинет с подобающими случаю приветствиями. Мы отходим в дальний угол, и я рассказываю все, что видела во сне мужу. Сначала он радостно вскрикивает и целует меня, что смущает, ведь мы не одни. Но чуть скосив глаза в сторону Наследника, вижу, что он читает какие-то бумаги и даже головы не поднял на восклицание брата.
Дослушав до конца, Стефан кивает головой.
— Я в течении двух часов закончу и смогу подойти, — в его глазах загораются огоньки — как ты смотришь на то, чтобы предаться разврату прямо посреди дня?
— Положительно — лукаво улыбаюсь.
— Ну. не знаю, будет ли это положительно — глаза уже просто пылают — возможно, тебе придется проявить стойкость.
— Я открыта к экспериментам — чувствую уже знакомое ответное томление в теле.
Мы с мужем так увлекаемся, что не замечаем, как в кабинет входит секретарь, что-то говорит принцу и тот с нетерпением коротко отвечает.
— Стефан, — зовет наследник, чтобы привлечь наше внимание — у нас неожиданный гость.
Дверь снова открывается и пропускает внутрь мужчину. Длинные темные волосы, завязанные в хвост, прямой нос и темные глаза. Он смотрит на Наследника, а я на него.
И чувствую, что забыла как дышать и сейчас просто задохнусь. Нэйт. Как это может быть? Наконец вспоминаю, что неплохо бы сделать вдох.
Судорожно, сквозь зубы, почти с мучительным стоном запускаю воздух в легкие. Этот звук привлекает внимание только что вошедшего. Он поворачивает голову в мою сторону. Я жадно всматриваюсь в его лицо, ищу на дне глаз знакомые чувства. И вижу их. Сначала узнавание, потом радость и волна любви от него ко мне. Забыв обо всех, я обхожу спинку кресла, за которой мы стояли со Стефаном, и делаю шаг в сторону Нэйта.
Все еще не в силах поверить, что это он. Хочу дотронуться, чтобы убедиться, что он жив.
Не разрывая зрительный контакт, делаю еще шаг к нему. И тут что-то происходит. Тепло и любовь уходят из его глаз. Сначала боль и разочарование на дне зрачков, а потом пустота. И он отворачивается. Я не понимаю, что происходит ровно до того момента, пока меня изнутри не пинает ребенок. Нэйт увидел живот. Несмотря на то, что я беременна всего 5 месяцев, живот на моем тощем теле довольно крупный, умещающий, как оказалось, двоих детей.
Нэйт никогда меня не простит.