Маленькая глупая Алиска в какой-то момент вырвалась и забыла о той боли, что испытала. Игра не удалась, я проиграла… В голове вспыхивают его слова: «Больно уже не будет, доверься мне». Доверилась уже один раз! Больно было так, что до сих пор внутри что-то непрерывно ноет и скулит. Но, видимо, глупая девочка внутри меня хочет еще, и я ее ненавижу. За безвольность, за слепое поклонение этому мужчине. Хочется убить эту самую худшую версию меня.
Вбегаю в квартиру, зачем-то торопливо закрываюсь на все замки, будто за мной кто-то гонится.
Облокачиваюсь на дверь, пытаясь отдышаться, только ничего не выходит — нет воздуха, кажется, я до сих пор дышу запахом моего Идола, он въелся в меня. Тело горит от его прикосновений, губы покалывает от поцелуев, а между ног мокро и пульсирует. И это тоже больно… Больно осознавать, что мне дико понравилось все, что он творил, и я хотела продолжения. Внутренняя маленькая дурочка опять хотела отдать ему всю себя без остатка. Чтобы он наигрался и выкинул.
— Тебе мало прошлого раза?! — словно ненормальная, кричу в пустоту, и из глаз брызжут слезы. Сползаю по двери на пол и закрываю лицо руками. — Дура ты! — рыдая, говорю сама себе.
Не хочу всего этого чувствовать, но ничего не могу с собой поделать. Меня скручивает в истерике, и тело горит, словно в агонии. Не хочу больше никаких игр, не хочу мести, не хочу его боли и эмоций, потому что больно только мне, а не ему. Лучше чувствовать себя пустой, чем напоенной ненавистью к Богдану, это разрушает меня, а ему все равно, он просто похотливое животное.
"
"Не знаю, сколько прорыдала на полу возле входной двери, не помню, как поднялась на ноги, добрела до ванной и приняла душ, пытаясь смыть с себя его прикосновения. Я настолько эмоционально себя вымотала, что быстро выключилась, проваливаясь в спасительный сон.
Мне опять снилась моя маленькая сероглазая девочка. Сон, который преследует меня уже год. Она приходит ко мне в периоды эмоциональных срывов.
Моя девочка снова горько плакала, утирая слезы маленькими ладошками. А у меня сердце разрывалось, я, как всегда, хотела ее утешить, но не могла этого сделать. Девочка не слышала и не видела меня. Она такая маленькая и одинокая в огромной серой комнате с обшарпанными стенами. Кажется, она застряла в этой страшной комнате без окон и дверей. И никто не сможет ее спасти, потому что ее не существует, она живет только в моей больной душе.
