В конце концов, пока рот будет занят едой, у меня не будет возможности что-нибудь сказать. А учитывая мой предыдущий вклад в нашу общую беседу, всем от этого будет только лучше.
Миффи оторвалась от своей говядины веллингтон.
– Простите. Наверное, это глупо, но что мы будем делать с мясом, если перестанем его есть? Просто позволим ему сгнить?
– На самом деле это довольно сложный вопрос. – Оливер ловко насадил на вилку кусок редьки. – В таком случае мы просто будем убивать меньше животных.
– Но не окажется ли так, что у нас будет слишком много животных? Что вы прикажете делать со всеми этими коровами?
– Я думаю, что тогда мы просто будем разводить меньше коров.
"
"– Но это ведь несправедливо по отношению к коровам, вам так не кажется? – воскликнула она. – Не говоря уж о фермерах. На наших землях живут такие милые фермеры! Они всегда показывают что-нибудь интересное на празднике урожая. А к Рождеству мы покупаем у них чудесный окорок. Вы же пытаетесь оставить их без работы. Это довольно гадко с вашей стороны, Оливер.
– Вот видите, – Алекс игриво качнул вилкой, – теперь она завелась. И кстати, она права. Мне кажется, вы недостаточно хорошо все продумали.
Продолжая тщательно жевать, я взглянул на Оливера, на его реакцию, и, к моему удивлению, он оставался совершенно спокойным и расслабленным. Недаром же он был адвокатом. Наверняка у него большой опыт по части вежливого общения с богатеями.
– Я не стану скрывать, что глобальные изменения в области питания способны вызвать куда более серьезные экономические сложности, чем кажется на первый взгляд.
Однако большая часть мясной продукции, которую мы сегодня потребляем, производится отнюдь не теми фермерами, о которых вы говорили, а агрокультурными комплексами, представляющими серьезную угрозу для сельских районов.
Последовала долгая паузу.
– Ох, – проговорил Алекс. – Наверное, я был не прав, и вы все отлично продумали. Я еще не говорил, что он ужасно умный?
Миффи кивнула.
– Да, он замечательный.
Алли, мне кажется, ты выбрал чудесного фиктивного парня.
– Подождите! – Я едва не подавился кусочком теста. – Он мой фиктивный парень, а не Алли… то есть Алекса! Мой! И мне кажется, мы не должны больше говорить вслух слово «фиктивный», иначе можем спалиться.
Алекс вернулся в свое привычное растерянное состояние.
– Ты точно уверен? Потому что я помню, что это была моя идея.
– Да, это была твоя идея, чтобы восстановить мою репутацию.
