– В Уэльсе, представь себе, есть веганы. И я имею в виду не только овец.
– Извини.
– Вообще-то я пошутил. Но мне можно, потому что я сам из Уэльса. Так что можешь посмеяться.
Бывают моменты, когда кажется, что от тебя требуют чего-то совершенно непосильного. Но Риз только что сделал мне одолжение – по крайней мере, я на это надеялся, – поэтому пришлось издать свистящий звук, который, я надеюсь, был похож на легкий смешок.
– Но она, – продолжил, словно оправдываясь, Риз, – в самом деле веган. Я точно помню, что когда-то она была просто вегетарианкой, а потом объяснила мне, что с этической точки зрения неправильно быть вегетарианцем, а не веганом, ведь это приводит к серьезной эксплуатации животных в сельском хозяйстве.
Люк, ты, например, знал, что есть два вида кур: один – для откладывания яиц, а второй – для мяса. И поскольку для откладывания яиц нужны только курочки, едва вылупившихся петушков перемалывают в большом блендере и пускают на кошачий корм?
– Эм… Я этого не знал. Спасибо, теперь десять раз подумаю, прежде чем есть яйца.
– Да, но яйцо с гренками – это очень вкусно, правда?
В разговоре с Ризом Джонсом Боуэном трудно было предугадать, на какую тему вырулит наша беседа.
– Ладно, давай все-таки вернемся к тому, как спасти мою шкуру или ее веганский аналог. Эта Бронвин, которая была когда-то вегетарианкой в Уэльсе, а теперь веган в Ислингтоне, она… как бы это сказать… действительно хорошо готовит?
Он рассеянно почесал бороду.
– Пару лет назад она выиграла в Уэльсе в конкурсе экологически чистой еды и напитков.
Хотя, с другой стороны, она вышла замуж за англичанку, так что ее вкус не назовешь безупречным.
– Подожди. Бонвин – лесбиянка?
– Было бы странно, если бы она вышла замуж за женщину, не будучи лесбиянкой.
– Нет, я просто не думал, что среди твоих друзей окажутся…
– Люк, это несколько гомофобно с твоей стороны, если так, конечно, можно выразиться. – Он встал со стула и быстрым шагом направился к двери в коридор, однако остановился на пороге и бросил на меня строгий взгляд.
– Знаешь, ты не единственный гей на деревне.
Ну да, разумеется!
Вечером, пока я, словно жалкий Сизиф, бесцельно таскал по квартире вещи, мне пришло сообщение с вложением от Оливера. Я очень обрадовался, но потом открыл вложение и увидел, что на меня глядели добрые блестящие глаза покойного сэра Ричарда Аттенборо[49].
«Это еще что?» – отправил я ему в ответ.
«Фотка Дика».
«Не смешно, – ответил я со смехом. – Теперь мне даже скучать по тебе не хочется».
