– Блу, ты дома?
В квартире выключен весь свет, это означает, что я уходил последним. Инди оставляет за собой символический след из хлебных крошек в виде открытых дверей шкафчиков и включенного ненужного света всякий раз, когда выходит из комнаты.
Я тихо прохожу мимо открытой двери ее спальни, чтобы убедиться, но там пусто. Ее подушки со вчерашнего вечера так и лежат стопкой с одной стороны матраса, и ей еще предстоит поработать над своим списком.
Схватив телефон, я снова набираю ее номер, и это мой третий звонок с тех пор, как я покинул арену двадцать минут назад.
– Вы дозвонились до Инди! – снова повторяется ее голосовая почта. – Можете оставить сообщение, если хотите, но я, вероятно, вам не перезвоню. Пока!
Обычно я считаю, что ее голосовая почта очаровательна, как и она сама, но сегодня это невероятно расстраивает.
– Перезвони мне, Инд, – бормочу я в трубку, расхаживая по гостиной, продолжая проверять свой телефон.
Конечно, она уже должна была закончить таксовать. Игра закончилась два часа назад.
Что, если ей пришлось отправиться в загородную поездку, которая заняла у нее несколько часов? Или у нее сломалась машина? Черт, я даже не знаю, на чем она ездит. Безопасно ли это зимой в Чикаго? Она уроженка Среднего Запада, так что надеюсь, для нее это так, но что, если машина старая?
Я достаточно знаю себя, чтобы понимать, что избегаю настоящего вопроса. Что, если с ней случилось что-нибудь похуже? Покидающие арену фанаты могут вести себя агрессивно, я видел это собственными глазами.
Черт возьми, где она?
– Стиви? – спрашиваю я, как только сестра берет трубку. – Есть новости от Инди?
– Нет. Она сегодня за рулем. Все в порядке?
– Ее еще нет дома. Она уже должна вернуться.
– Сейчас только половина двенадцатого. Может быть, она еще работает, а может быть, встретилась с друзьями.
– С какими друзьями?
Она смеется:
– Боже мой. Конечно, с друзьями-мужчинами. Из тех, у кого много денег и огромный чл…
– Ви.
– Шучу. Друзья вроде подружек или Рио.
– Почему тебя это совсем не волнует?
– Потому что она взрослая женщина, и она работает. Тебе станет легче, если я напишу ей?
– Пожалуйста.
Сестра смягчает тон.
– Райан, я уверена, что с ней все в порядке. Я напишу тебе, как только получу ответ.
Проходит еще двадцать пять минут. Я меряю шагами кухню. Наливаю себе виски. Воротник вызывает чувство клаустрофобии, поэтому я снимаю костюм для игр и прикладываю пакет со льдом к плечу бросковой руки.
