Тая сильнее прижала ладони к ребрам и тихо обронила:
— Обычный маг не способен навредить, а ведьма?
Кайл оторвался от управляющей панели, нахмурился:
— Возможно. Никогда раньше над этим вопросом не задумывался, но в свете последних гипотез: если в сторожевую башню проникнет ведьма, то последствия могут быть плачевными. Учитывая, насколько по-разному и часто противоположным образом в некромантах и ведьмах проявляет себя магия смерти, ведьма сумеет залить полог магией Мертвых Земель и тогда он либо растворится, либо…
— Начнет притягивать нежить поближе и беспрепятственно пропускать ее, — заключила Тая.
— Возможно, — повторил Кайл. — Но откуда бы здесь взяться ведьме? Ведьмы — не магини, летать по воздуху не умеют, на высокую гору старухам не вскарабкаться, мимо установленной здесь некромантской защиты приспешницам тьмы не пробраться, а ни один некромант ведьму в сторожевую башню с собой не приведёт.
Тая судорожно сглотнула, отодвинулась как можно дальше от медленно гаснущей картины полога и крепче втиснула кулачки подмышки.
Она — не ведьма! И никогда ей не станет! Кайл не раз посмеялся над такой идеей, и Яр с Лереном — тоже. В голове Таи закружились мысли:
«Ведьма крупно просчиталась в своих планах, она не предполагала, что мы с сестрой можем поменяться местами, она крикнула, что такое немыслимо, когда сообразила про подмену. Так что, какими бы ни были ее планы относительно Таяры, со мной она их не реализует, и старуха, похоже, это поняла.
Я обдумаю слова ведьмы и буду беречь свое сердце, чтобы это ни значило, но впредь мне лучше не являться в сторожевую башню.
На всякий случай».
Кайл завершил манипуляции с пологом и улыбнулся ей. Ласковый взгляд черных бархатных, как южная ночь, глаз растопил все тревоги в душе Таи. Никто и ничто не заставит ее причинить вред людям, она — врач, она спасает людей, а не отдает их на съедение кровожадным тварям! Не выйдет из нее путной ведьмы, точно не выйдет — в этом сомнений нет.
— Я так и не сказал тебе самых важных слов, — укорил себя Кайл и шагнул к невесте, сбивая улыбкой ритм ее сердца.
На свете для Таи не осталось ничего, кроме резких, совершенных черт лица мужчины и его нежного взора.
Молодой некромант торжественно опустился на одно колено, вынул из кармана маленький футляр и извлек из него золотое колечко с ярко-красным овальным камешком."
"— Я с детства не верил в чудеса и в ранней молодости понял, что не существует в мире женщины, способной искренне симпатизировать некроманту.
