У меня только один вопрос: почему вы не оставили ее после похорон?
– Старик Гё был довольно щедр, а Анна – красивая женщина. Ну а теперь, госпожа Лоттар, вы и вовсе открыли для меня чарующие перспективы.
– Чарующие перспективы, – эхом повторила Лоттар. – Прекрасно. Я рада, что мы понимаем друг друга.
– Не совсем, – с неожиданной для такого изнеженного юноши жесткостью ответил Конрад Браун, – мне сложно понять вас, Эльза Лоттар. Вас едва не сожгли заживо, ваша спина обезображена, а сами вы вынуждены искать защиты от братьев Гё у этого мерзавца Эрре.
Слухи о вас множатся с невероятной скоростью, и я не удивлюсь, если однажды Берта Эрре подсыплет вам крысиного яда в чай. У вас нет семьи, нет положения в обществе, нет дома. Но вы так высоко задираете свой нос, как будто носите на голове корону.
– Когда нечего терять, тогда нечего и бояться, – просто произнесла Лоттар.
– Я думаю, что мы с вами одного поля ягоды, – рассмеялся Конрад Браун.
– Между прочим, – сказал Кристиан по дороге к мэтру Шварцу, – Конрад Браун совершенно прав.
Вам нужен дом.
– Для начала хорошо бы найти такого начальника, который бы не подслушивал у замочной скважины, – отозвалась она невозмутимо.
Хауслер и Аккерман, тихие и мирные, молча подписали все бумаги, которые перед ними положили.
– Безобразие, – осудил их мэтр Шварц, – нельзя так безропотно ставить свои подписи. Вы должны были внимательно все прочитать.
– Они просто не хотят лишний раз сердить госпожу Лоттар, – с усмешкой произнес Кристиан.
Лоттар в молчаливом изумлении подняла брови.
Мэтр Шварц крякнул.
– Человека, который составил эти учредительные документы, следует бояться, – проскрипел он.
– Вы же сказали, что все утро провели, исправляя мои ошибки, – растерянно произнесла Лоттар.
– Да, но я никогда не видел никого столь же въедливого. Вы исписали втрое больше листов, чем того требовалось.
Лоттар вспыхнула, но промолчала.
В паре Аккерман и Хауслер бывший семинарист исполнял роль администратора при капризном гении.
И Лоттар тут же бестрепетно свалила на Аккермана все хлопоты, связанные с созданием опытного образца и переоборудованием здания под фабрику.
Сама она совсем скоро приобрела у подрядчиков вполне заслуженную репутацию невыносимой склочницы. Лоттар столь придирчиво вникала во все мелочи, что стала притчей во языцех.
Кристиан же держался от фабрики подальше, а на все расспросы отвечал, что Лоттар вольна поступать со своими деньгами как ей вздумается.
