Оба престарелых пэра выглядели вполне миролюбиво, и я бы им даже улыбнулась, если бы один из них не пытался по неизвестным причинам выдать меня за незнакомца, а другой не возжелал в моём лице молодую фабрику по производству детей.
— Катрина, моя леди, — Джори поднялся из-за стола и направился ко мне.
Чёрный взгляд пытливо ощупал моё тело, и я очень пожалела, что не надела платье с юбкой попышнее, чтобы спрятать от этих бесстыдных глаз хотя бы свои бёдра.
— Надеюсь, на ужин что-то мясное. Я так голодна, что готова сожрать целого кабана, — на последней фразе я пробежалась взглядом по фигуре опешившего Джори и с трудом сдержала хихиканье в ответ на его полнейшее недоумение.
Понимать намёки — это тебе не мечом махать…
— Как ты выражаешься, Катрина? — рассерженно рыкнул Мартин.
— Не знаю. Я сказала что-то не то? — невинно захлопала ресничками, изображая абсолютную неосведомлённость.
— Будьте к ней снисходительны, мой лорд. Леди потеряла память.
— Но она всё же леди, — парировал Мартин.
— Впитывала в себя правильное воспитание с младенчества.
Я мысленно его передразнила, но решила промолчать про индивидуальное течение амнезии у разных пациентов. Пока не знаю местных обычаев, лучше вообще отмалчиваться, хотя сарказм так и норовит вырваться на свободу.
— Пойдёмте, леди Катрина, место рядом со мной подготовлено для вас, — взяв за руку, Джори с упорством танка потащил меня к столу, усадил на мягкий стул с высокой спинкой, стоящий рядом со его. А рукой как бы между прочим и довольно красноречиво скользнул по моему бедру, вызвав в теле неприятный озноб.
— Быстрее бы остаться с вами наедине, моя леди, — томно шепнул он, обдав моё лицо винным дыханием.
Я беспомощно взглянула на Мартина, но дядюшка делал вид, что салат в тарелке намного интереснее творящегося рядом растления его племянницы.
Пугающее осознание обрушилось на меня с силой лавины. Мне ведь ничего неизвестно об этом мире. Вдруг здесь не чтут целомудрие невесты и не ждут брачной ночи!
— Вы совсем ничего не помните, моя леди? — спросил Джори, совершенно не замечая моего замешательства.
— Совсем, — подтвердила я, осторожно отодвинув стул подальше от этого любителя распускать руки.
— Печально. Девушки любят цветы. Может, вы помните свой любимый цветок? Я бы вам подарил.
— Нет, не помню, — буркнула я, пытаясь не закатить глаза.
Сначала облапал, а теперь цветы. У человека явно перебои в алгоритме ухаживаний.
