Да я и уговорила его уйти. Но мне никто спасибо не сказал, начали проклятой называть. Мамке от этого сложнее стало, её тоже сторонились. Денег на жизнь не хватало. На лекарства тоже. Она зимой умерла от лихорадки. Папку мы никогда не знали. Одним нам с Бринн совсем туго стало. И мы решили продать дом и отправиться в Данмерри, где, по слухам, живёт стихийная ведьма.
— Мне жаль вашу маму, — искренне проговорила я.
— Спасибо, — буркнула девушка, ласково погладив спящую сестру по голове.
— Я никогда не знала родителей.
Росла в приюте. Потом как сирота получила квар… жильё. Думала, что накоплю денег, ремонт сделаю. Мечтала встретить достойного мужчину. Завести настоящую семью. А потом меня вытянули сюда, чтобы выдать замуж за престарелого рыцаря со вставной челюстью.
— Прямо-таки со вставной? — усмехнулась Ви.
— Да, она в сторону уходила, лицо ему кривила, а он её вправлял. Так громко щёлкало.
Я изобразила сэра Джори, отчего девушка приглушённо рассмеялась. Я понимала, что мужчина наверняка получил свою особенность во время военных действий и над таким не смеются.
Но Ви выглядела такой несчастной после упоминания смерти матери, что хотелось хоть чем-то её подбодрить и отвлечь. Мне было искренне жаль этих детей. И я невольно чувствовала ответственность за них, хоть и понимала, что они более подготовлены к выживанию. Для меня этот мир чужой и странный, а для них родной и привычный. Однако я всё же могла поддержать их, может, даже помочь, пока мы путешествуем вместе. Хотя бы деньгами от продажи украшений.
Но сейчас на первом месте стоял побег из закрытого города.
Виенна заснула. Я и сама прикрыла глаза, чтобы дать им отдых, но, кажется, всё же задремала, и разбудило меня журчание воды. Резко подорвавшись на скамейке, я огляделась. Сквер был так же пуст, но рядом включился фонтан. Слышались голоса, лошадиное ржание. Город просыпался. И нам стоило.
Я быстро подняла девчонок. Жаловаться они не привыкли, потому споро собрались, несмотря на то, что поспать удалось от силы часа три.
Мы умылись в фонтане, там же набрали воды в бурдюк. И я приступила к заговору. И на этот раз снова накатила слабость, но я хоть удержалась на ногах. Мы напились заговорённой воды, снова наполнили бурдюк и двинулись в сторону ворот, стараясь обходить патрули стороной. Благо, из-за короткого светового дня все спешили на работу, по делам. Город теперь выглядел совершенно иначе, и его больше нельзя было назвать призрачным или безлюдным. Наоборот, жизнь здесь кипела.
