– Какое успокойся! – Неодинокий продолжал кипеть. – Водитель мёртв, Аня в реанимации, у тебя рожа разукрашена, непонятно, как вообще жив остался.
– Коля, пей чай и не кричи так громко. Голова болит.
Последняя фраза подействовала.
– Извини, старик.
Неодинокий замолчал, только раскачивался на жалобно скрипевшем стуле. Андрей посмотрел на Оксану:
– Расскажи, как прошло дежурство.
Оксана пожала плечами.
– Ничего особенного. Двенадцать вызовов, инфекционных не было.
Андрей облегчённо вздохнул.
– Дальше.
Как и предполагал Сергеев, Оксана подождала его на подстанции, затем, поняв, что опаздывает, поспешила на лекции. После занятий час-полтора поспала дома и отправилась к подруге готовиться к зачёту. У подруги же переночевала. Утром они вместе поехали на занятия. В институте однокурсница, подрабатывающая на скорой в диспетчерской, рассказала про эпидемию, внезапную, странную смерть водителя, несчастье с фельдшером Тагайновой. Встревоженная Оксана помчалась на подстанцию в надежде застать Андрея на рабочем месте.
Не застав, в ещё большей тревоге побежала в общежитие.
– Про смерть Фёдора Ивановича что говорят?
– Милиция считает, что несчастный случай. Хотя наши сомневаются. Фёдор Иванович почти не пил, с чего бы ему шею ломать?
– А как Аня?
– Ане лучше, но пока ещё в реанимации.
Андрей облегчённо перевёл дух.
– Сбившего её водителя нашли?
– Нет. Машина вчера угнана, буквально за час до наезда. Возбудили уголовное дело.
Сергеев повернулся к другу.
– Теперь ты. Всё по порядку, с момента, как мы расстались.
Неодинокий, симулировав обморок, снялся со смены и поехал, как и планировал, к бабке в Николаевку. У бабки выпил целебного настоя на семи травах, сходил в баньку, принял двести и завалился спать. Ночью проснулся в необъяснимом беспокойстве, с трудом дождался утра, первой электричкой поехал в город, на скорую, узнать новости. Оттуда заявился к Андрею.
Некоторое время Сергеев посидел молча, затем встал, подошёл к окну.
На знакомой улице всё как раньше, не следа тревоги, тем более паники. Идут куда-то прохожие, едут машины.
Андрей вернулся к столу.
– Итак, что мы имеем? Видимо, мой лейтенант был первым заболевшим. В бреду рассказал о возможном выбросе, обвинил сотрудника лаборатории Чернова. Ещё что-то говорил, несущественное. Кому-то утечка информации очень не понравилась. Нам решили заткнуть рты.
– Ясно кому, КГБ, – прервал его Неодинокий.
