Надел пиджак. А потом подумал и достал из шкафа бережно хранимые им там часы. Провел пальцами по циферблату, ощутив, как быстрее забилось сердце. Часы были старые, отцовские, наградные, с гравировкой на задней панели. «За отличную службу». Он забрал их себе после его смерти, хотя как младший сын имел на них меньше всего прав. Но мать сказала как отрезала, что будут его, и никто из братьев не посмел ей возразить."
"Григорий уверенно затянул ремешок на запястье.
На свадьбу с Катей он их не надевал. Ему все казалось, что отец бы не одобрил этот брак.
Одобрил бы он Яру? Ответа на этот вопрос у него не было. Но на сей раз это не мучило его. Просто хотелось, чтобы отец был рядом в такой момент, хотя бы так.
Он набросил пиджак, забрал документы и кольца, прихватил на всякий случай куртку и захлопнул дверь квартиры, в которую должен был вернуться уже женатым человеком.
Ехать за Ярой было еще рано. Поэтому Грач поколесил немного по городу, а потом заметил цветочный магазин, зашел и купил два букета. И не смог ждать дальше, сорвался в нужную сторону.
Дверь в квартиру открыла Настя. В строгом приталенном пастельно-розовом платье до колена. Волосы собраны в узел на затылке, в ушах — капли-жемчужинки, на шее — цепочка с такой же подвеской, аккуратно легшей меж ключиц. Говорят, хочешь узнать, во что превратится твоя жена, взгляни на тещу. Григорий подумал, что будет не против, если Яра превратится в Настю, хотя полностью это вряд ли когда-нибудь случится.
— Это тебе, — протянул он ей один из букетов. — Спасибо тебе за все.
Настя приняла букет, кивнула, благодарно улыбнулась.
— Она тебя ждет, — шепнула она. — Ну-ка постой.
Из комнаты вышел Сокол, пожал ему руку. Настя отдала мужу букет и решительно потянулась к узлу на галстуке Грача. Распустила его и перевязала заново.
— Вот теперь иди, — разрешила она.
— Так пошли все вместе, — предложил Финист.
— Пусть идет один, — взяла его под руку Настя. — А ты поможешь мне достать вазу.
Волнение. Он думал, оно было с ним с самого утра, но на самом деле в полной мере он ощутил его лишь теперь.
Там, в гостиной, за закрытой дверью была Яра. Он вдруг вспомнил ее совсем маленькой. Двухлетней девочкой, идущей к нему всегда с радостью и доверием. Вспомнил, как она росла. Как превратилась в девушку. И как он влюбился в нее, и сходил с ума, не зная, как перебороть себя. И какое счастье, что не смог.
Григорий коротко выдохнул и толкнул дверь.
Она стояла у окна к нему спиной и резко обернулась, сделала шаг вперед. А он замер.
