Скажи, что еще нужно, я устрою.
Яра перевела взгляд в свою чашку. Проблема заключалась в том, что она и сама не знала, что еще нужно, чтобы стало так, как ей хотелось. Кофе подсказок давать не спешил.
— Давай поговорим, — предложил Гриша. — Как у тебя дела?
Дурацкий, максимально неконкретный вопрос. Она его терпеть не могла.
— Сижу дома с ребенком. Развожусь с мужем. Вот и все мои дела. А у тебя?
— Работаю. По вечерам гуляю с дочерью. Пытаюсь не дать жене развестись со мной.
Яра хмыкнула. Звучало одинаково плохо.
— И это все?
— На работе аврал, но это как всегда. А больше меня ни на что не хватает. А Майя такая молодец, — неожиданно улыбнулся он. — Вчера мальчик на площадке упал, а она кинулась ему помогать.
Яра попыталась сдержаться, но не смогла: расцвела.
— Ага! Она вообще очень добрая. Кому что сделают в мультике, сразу бежит ко мне и так горестно восклицает: ай-ай! А я тут тоже недавно упала на улице, коленку расшибла, а она давай целовать, обнимать, по-моему, больше меня расстроилась.
Волшебный ребенок!..
— И как коленка?
— Что?
— Твоя коленка. Которую ты расшибла.
— Гриша…
— Что?
Она собиралась сказать: немедленно прекрати обо мне беспокоиться, у тебя больше нет на это права! Но даже в мыслях фраза прозвучала странно, так что Яра просто промолчала. Сделала глоток. Кофе был вкусным. Хоть какая-то отрада.
— Ну, а вообще как ты? — спросил Гриша, тоже сделав глоток.
Она заглянула ему в глаза. И ей показалось, что он напуган.
— Что ты хочешь услышать? — спросила Яра.
— Что я страдаю от одиночества и осознания ошибочности своего решения?
— Последнее, что я хочу услышать, что ты страдаешь.
— Наверное, поэтому ты и не слышал меня столько лет, — вздохнула Яра. — Спасибо, что вспомнил про это место и привел сюда, но свидания у нас с тобой что-то не выходит.
— А что ты понимаешь под свиданием? — вдруг поинтересовался Грач.
Яра замялась. На этот вопрос у нее тоже не было однозначного ответа. Лишь неясное ощущение, которое сложно было передать.
— Ну, — все-таки нашлась она, — это когда ты вдвоем с человеком, а весь остальной мир может подождать…
И тут же разозлилась сама на себя: что она несет? И при ком? И добавила резко:
— Вот такие глупые подростковые девичьи фантазии.
— Ну, почему сразу глупые? — он вздохнул и потер ладони о чашку. — Просто надо подумать…
— Да не о чем тут думать. Я давно с тобой такого не ощущаю.
Гриша поджал губы. От уголков пошли морщинки, и эти морщинки вдруг больно укололи Яру.
