И так здорово было шутить и смеяться вместе со всеми. Братья беззлобно подтрунивали друг над другом. Дети поели и убежали, остались взрослые. Борислав схватился за гусли — он отменно играл, — и снова музыка, и снова песни. И пошли байки, не всегда приличные.
— Айда купаться! — воскликнул Борислав, когда все окончательно наелись.
И все согласились, и ринулись к реке. Кричали бегущие впереди малыши, Несмеяна рассеянно улыбалась, неся на руках своего младшего ребенка, маленькую годовалую Любаву.
Яра видела, как подошел к ней Светозар, приобнял за плечи, спросил что-то. Несмеяна улыбнулась шире и осмысленней, покачала головой. Он кивнул и вернулся к отцу, рядом с которым шагали братья и Гриша."
"Братья… С самого раннего детства Яра знала, что у нее есть целых три брата, которые порвут за нее любого. Она любила их всех, но больше всего тянулась к Светозару. Он был спокоен и рассудителен, мог прикрикнуть, но никогда не срывался в ор, и когда Яра была маленькой, брал к себе в кузню.
Ей нравилось смотреть, как ударяется молоток о раскаленное добела железо и во все стороны летят искры.
Тихомир был задумчив и немногословен, и маленькой Яре казался чересчур загадочным и нелюдимым. Но порой он брал ее с собой в лес, и там учил ориентироваться по солнцу, и добывать муравьиную кислоту, тыкая палочкой в муравейник, показал, как искать и собирать дикий мед и объяснил, как найти в лесу ручей… Он был настоящим волшебником для Яры и вовсе не потому, что знал наизусть несколько сотен заговоров.
А волшебник и должен быть загадочным.
Сложнее всего было с Бориславом. Шумный, вечно в движении, он предпочитал быть в центре внимания, и не зря стал торговцем. Ему подходило его занятие. Он любил и умел общаться с людьми, легко располагал их к себе, легко получал от них желаемое. С ним было весело, но рядом с ним Яра никогда не могла расслабиться, ибо невозможно было предугадать, что он выкинет в следующий момент, а порой он перегибал палку.
Как когда ей было пять лет, и он решил научить ее плавать, и кинул в реку, а она чуть не утонула.
— Может, зайдешь со мной в воду? — негромко спросил Гриша, отойдя к ней от мужчин. — Я буду тебя держать. День был жаркий, наверняка вода теплая.
Яра покачала головой.
— Лучше на песочке посижу.
— Передумаешь, зови, — улыбнулся ей муж.
