И за ужином она рассказала ему эту историю, гневно махая вилкой.
— Ну, у всех свои тараканы, это же просто заказ, — не понял он причин ее злости. — Просто витрина."
"— Это не просто витрина! — Яра отложила вилку, макароны по-флотски не лезли в горло. — Это витрина свадебного салона! И это то, как воспринимается свадьба вообще, понимаешь? Целая концепция, из которой совершенно выпадает мужчина. Будто он всего лишь декорация. Так, для антуража. А ведь мужчина, он же тоже… ну… человек!
— Ух ты! Кто бы мог подумать? — засмеялся Гриша.
— Нет, правда, приятно слышать. Но если серьезно, то разве это так принципиально?
— Принципиально! Девочки выходят замуж с ощущением, что все это для них, что мужчина — это как приложение, и у него есть настройки. И такие витрины их в этом только убеждают! А потом выясняется, что это не так!
— Ты преувеличиваешь.
— Как бы не так! Будто ты не поэтому развелся! У нее были на тебя планы, а тут оказалось, что у тебя на себя тоже есть планы. И они не совпадают.
— Яр… Ты чего завелась? Остановись.
— Да ну тебя…
Яра встала из-за стола, собрала за собой посуду.
— Потом помою, — буркнула она, уходя с кухни.
Дошла до ноутбука, включила, открыла поисковик. Витрины. Витрины свадебных магазинов. Сплошь женские манекены. Ну и ладно.
Завелась она… Разумеется, завелась. Потому что сама ведет себя как его первая жена, которую она столько раз ругала в мыслях… И как же тяжело признать, что теперь она отлично понимает, почему та от него ушла.
Гриша пришел минут через двадцать.
— Яр, — позвал он. — Давай мириться, а. Я вообще не понял, что произошло.
— И не поймешь.
— Что?
— Ничего.
— Яр, — протянул он. — Это опять из-за того, что мы якобы мало времени вместе проводим, да?
— Ага, только без «якобы».
— Ну, хватит. Сидели, ужинали, разговаривали. И все было хорошо, пока ты сама же и не взорвалась.
Яра спрятала лицо в ладони, потерла глаза. Да, сидели, да, разговаривали, да, она сама все испортила…
— Виновата. Доволен?
— Нет, — покачал головой Гриша.
— Ну что с тобой? И то, что ты сказала мне вчера, у мамы…
Внутри все замерло. Сейчас она не готова была к этому разговору.
— Ты сказала, что очень хочешь меня любить. Это ты к чему сказала?
К тому, что она дура, которая не умеет держать язык за зубами.
Яра мысленно помолилась богам. И Боги услышали ее, подсказав нужные слова.
— К тому, что хочу жить с тобой долго и счастливо до самой старости и умереть в один день, — ответила она, и это была правда.
