— Боги, мы пережили этот день, — выдохнула Яра, когда они наконец вошли в квартиру. — Мы женаты! Сними с меня уже это платье!
— Прям вот так на пороге?
— Где хочешь. Просто — сними!
— Пойдем в спальню."
"Наверное в идеальном мире он должен был сделать это нежно и возбуждающе, после чего немедленно перейти к сексу. Но они жили в мире реальном, поэтому со шнуровкой на корсете состоялось самое настоящее сражение, но Грач не зря был боевым магом и битв не боялся. Однако когда он наконец закончил, Яра не проявила ни капли желания упасть в его объятия.
— О да! — возликовала она, поскорее перешагнув через упавшую на пол юбку.
Теперь она осталась в одних трусиках, и это выглядело даже мило, но Грачу было немного жаль потерянного момента и того, что ему не доведется снять с нее это платье еще раз. Воспоминание о ее голых плечах в обрамлении белого атласа до сих пор будоражило воображение. Яра тем временем дошла до туалетного столика, набрала на ватный диск молочко для снятия макияжа и принялась с ожесточением протирать лицо.
«Мы женаты, — подумал Грач, глядя на нее. — Мы — женаты». Странная мысль, странное ощущение. Он муж этой женщины, которая теперь его жена. Жена… Он вдруг понял, что с тех пор, как сегодня увидел Яру, больше ни разу не вспоминал про Катю. Больше не было смысла сравнивать, его прошлое больше не имело никакого значения.
Яра тем временем закончила смывать косметику и села на кровать. Окинула его пристальным взглядом.
— Муж.
— Жена.
Лицо ее озарила гордая довольная улыбка — он ни разу не видел, чтобы она улыбалась столько, сколько сегодня, — и она рассмеялась.
— Черных Ярослава Федоровна. Ну ведь звучит! Не зря в пятнадцать лет я исписала целый блокнот твоей фамилией рядом со своим именем, я ж все-таки ведьма.
Но потом стала серьезной и попросила:
— Гриш, прости меня за эту выходку в ЗАГСе. Наверное, правда, перенервничала. Визажист, которая меня красила, увидела наше с тобой фото, то, которое стоит у родителей в гостиной, и долго причитала, что ты настолько старше, а я молодая и зеленая дура… Вот у меня нервы окончательно и сдали.
Зачем тебе дура? Но я счастлива, что сказала тебе «да».
— Во-первых, не смей называть мою жену дурой. Ясно?
Она снова улыбнулась и кивнула.
— А во-вторых? — спросила она.
— А во-вторых, на такой случай я разработал для тебя путь к отступлению и даже продумал речь для гостей.
— Ты правда допустил мысль, что я сбегу?
— С тебя станется.
