Он позволил себе ослабеть, подумала она, часть ее сохраняла ледяное спокойствие посреди паники и нарастающего страха. По крайней мере, она ощущала что-то, просто след, но она была уверена, это был Стефан и он был в беде.
«Что — то не так» подтвердил Деймон и Елена поняла, что он должно быть тоже искал, силой более могущественной чем ее. «Пойдем».
«Подождите. Давайте сначала поговорим. Не ввязывайтесь в это» Но Аларик с тем же успехом мог поговорить с ветром, пытаясь обуздать его разрушительную силу при помощи слов.
Деймон уже был у окна, в следующий момент Елена выпрыгнула и аккуратно приземлилась на снег рядом с Деймоном. Голос Аларика доносился до них сверху. «Мы тоже идем. Подождите нас там. Позвольте сначала мне поговорить с ними. Я позабочусь об этом…» Елена едва слышала его. Ее разум был занят одной задачей, одной мыслью. Ранить людей, которые хотят ранить Стефана. Все зашло так далеко. Хорошо, подумала она, а сейчас я зайду настолько далеко, насколько потребуется.
Если они посмеют тронуть его… Образы проскочили у нее в голове. Слишком быстро, чтобы подсчитать, что она с ними сделает. В другой раз она бы испытала шок от прилива адреналина, восхищения, которые были вызваны этими мыслями.
Она могла ощущать сознание Деймона рядом пока они бежали по снегу, оно было пламенем красного света и ярости. Ярость внутри Елены была рада ей, рада ощущать ее так близко. Но что-то пришло ей на ум.
«Я задерживаю тебя» сказала она. Она почти не задыхалась, даже бежав по нетронутому снегу они бежали на невероятной скорости.
Но ничто на двух ногах, да и четырех тоже не могло сравниться со скоростью крыльев птицы. «Двигайся!» сказала она «Доберись туда как можно скорей. Я встречу тебя». Она не остановилась посмотреть на расплывающиеся очертания и дрожание воздуха и вихрь темноты которые превратились в стремительное движение крыльев, но она взглянула на ворона, который вспарил вверх и услышала мысленный голос Деймона.
«Удачной охоты» говорил он.
И крылатое черное очертание устремилось к школе.
«Удачной охоты» подумала Елена, подразумевая это. Она удвоила скорость, своим сознанием зафиксировавшись на проблеске присутствия Стефана.
Стефан лежал на спине, желая чтобы его зрение не было так размыто или чтобы он перестал терять сознание. Размытость частично была вызвана болью, частично снегом, но еще было ощущение от крови на его трехдюймовой (8 сантиметровой) ране на голове.