»
Оставшись в коридоре один, я почувствовал, что меня кто-то взял за руку. Это была Милано, она бросила на меня изучающий взгляд, а потом втянула воздух, словно нюхая меня.
— Что за чудовищное зелье он создал! — возмущенно сказала она.
— Зельееее. Хочу зелье, — сказал я.
Она покачала головой. И встав мне за спину, ударила меня по затылку, таким образом погружая меня в сон.
* * *
— Очнулся?! — спросила меня Милано. Я кивнул. Моя голова гудела. Ванная, в которой я лежал, была вся в крови. Посмотрев на запястья, я догадался, что это была моя кровь.
— Да, — ответил я."
"— Есть желание ещё хлебать это? — показала она на склянку с зельем.
— Стихия… — произнёс я, понимая, что всё произошедшее мне не приснилось.
— Вставай! — приказным тоном сказала Милано. — Я потратила очень много времени, чтобы вывести из твоего тела весь дурман.
— Магия крови? — с трудом задал я вопрос, поднимаясь из ванной.
— У тебя есть претензии? — уперев руки в бока, ответила она вопросом на вопрос.
— Почему? — задал я главный вопрос.
Я не понимал почему она решила помочь.
Глава 19
Глава 19.
Несколько месяцев назад.
Ос-в Крит. Гора Ида.
— Я веревочку сучу, я удавочку кручу… — напевал песенку МоисейОн наконец-то подходил к завершению расчётов. И от одолевавших эмоций у него было хорошее настроение. Слава праотцам! Ему на помощь пришёл его сын, Аракс. Даже в те далёкие времена, когда они строили Вавилонскую башню, Моисей признавал, что сын имеет талант к ритуалистике.
И что больше всего радовало Моисея, сын совсем не изменился.
Он внял его просьбе и не стал ни в кого вселяться. Аргументировать это было довольно просто. Для развития магического резерва понадобилось бы время, которого у них не так много.
Как только война закончится, энергия Теллуса начнёт стабилизироваться. И тогда они не смогут открыть портал. А учитывая какими силами обладали вампиры, Моисей понимал, что она закончится их победой очень быстро.
— Отец, ты снова поёшь эту песню? — спросил Аракс.
— Дааа, — прошипел Моисей.
— Будь проклята Сепфора! Я переродился в теле оборотня. И хоть в нём нет его прошлого хозяина, зверь никуда не делся. — Он сделал паузу, откладывая очередной пергамент, исписанный формулами и рунами. — Из-за этого я себя чувствую неполноценным.
— Ты сможешь справиться с этим?
— Разумеется, Аракс. Я бы уже от него избавился, если бы не был занят этими расчётами. Кстати, — указал он на пергамент, — можешь приступать к созданию круга переноса.
— Хорошо, отец.