— Именно Север остановил войну с Кадьяками, и пошел против своего рода с верными ему Берами! — горячо вставил Янтарь, пытаясь хоть немного успокоить гнев Грома, но притих, когда Север положил свою ладонь на его широкое плечо. призывая к молчанию.
Лишь на секунду он отвлекся от изучения Севера, скользнув взглядом по Янтарю, что подошел ближе к своему брату явно давая понять, на чьей стороне будет биться в случае нападения Грома, и по нам с Мией, вдруг застыв.
— А если будет мальчик, то это означает, что у него будет хороший «хобот», — широко улыбнулся Янтарь, получив под бок локтем от Нефрита, но все равно общее напряжение спало и все смогли выдохнуть облегченно, кроме отца, который вдруг всплеснул руками:
А еще было приятно осознавать, что мы действовали слаженно, словно единый мозг и сердце, практически в одну короткую секунду.
в которой Янтарь сделал шаг к нам, заслоняя собой и готовый кажется раскинуть руки и бегать по кругу, чтобы только не допустить ни единого косого взгляда в нашу сторону; я прижала к себе собранную Мию, оттопырив слегка зад, чтобы не придавить ее пузико и обнимая своими руками.
пытаясь обхватить так, чтобы загородить собой как можно больше хрупкого тела; а Север сделал выпад вперед столь стремительный и резкий, что все Беры просто шарахнулись назад с распахнутыми глазами, полными неприкрытой паники и явного страха.
— Мы пришли сюда, чтобы помочь, — чуть улыбнулся Север, — И уйдем в свои земли сразу же, как только решим.
что будем делать дальше с надвигающейся опасностью.
Да, определенно с этим было не поспорить, когда даже отец закивал серьезно, оборачиваясь на нас и глядя серьезно и задумчиво, пока Карат продолжил:
Он шел целенаправленно и явно не для разговоров, а еще он единственный не боялся.
Он был не просто растерян, а шокирован и обескуражен!
Пылая яростью и желанием отомстить за своего покалеченного товарища, который, вероятней всего останется слепым, при условии, если вообще выживет, никто из них не мог найти в себе смелости, чтобы кинуться вперед и первым напасть на своего обидчика, что превышал и в росте и в силе их всех.
— Во имя святых яиц Праотца нашего, доча! Где я тебе возьму слоника посреди тайги?!
В первые минуты активности пузожителя Мие было особенно тяжело.
