Молчаливый и мудрый Сумрак, который пронес через всю свою жизнь светлую боль от потери любимой, которая никогда не была его, но за жизнь и счастье которой он поплатился жесткого и несправедливо, хранящий покой нашей большой дружной семьи и готовый всегда и во всем поддержать.
Именно они были фундаментом семьи.
Они собственным примером научили и доказали, что важнее кровного родства — незыблемая вера друг в друга, когда твоим братом может стать даже тот, кого принято называть врагом.
Разве можно было не восхищаться и не обожать эту троицу, видя, что они понимают друг друга, не проронив ни слова и просто обмениваясь взглядами?"
"Именно поэтому я затаила дыхание, наблюдая и сейчас, как Карат и Сумрак просто переглянулись, но словно мысленно уже провели целую беседу, когда взгляд Карата изменился.
став тяжелым и сосредоточенным, а Сумрак сдержанно выдохнул, положив ладонь на могучее плечо друга и подталкивая его вперед.
Оставаясь на руках Янтаря, я могла лишь во все глаза наблюдать за происходящим вокруг когда и мы вошли в дом, где нас тут же окружили запахи готовящегося обеда, тепла, уюта и воркования малышни из спальни карапузов, когда я снова подумала о том, до чего же удивительная и волшебная эта семья!
В доме и на земле Гризли нашли свой приют и малыши рода Бурых, и Кадьяки и Полярные, веря и помогая друг другу.
как часто не помогают даже в кровной семье!
Большой зал уже смело можно было назвать комнатой для совещания, оттого, что именно здесь велись все самые серьезные разговоры и принимались важные решения.
Вот и сейчас все собрались именно здесь.
Старшие Беры расположились на больших креслах как всегда рядом друг с другом, мы же занимали диваны и все остальное свободное пространство, не вмешиваясь, но оставаясь частью всего происходящего.
Север, Нефрит и Лютый стояли за спинами Педяного, Сумрака и Карата, как продолжатели рода, поддержка и защита нашей семьи, и носители той самой удивительной королевской крови, не вмешиваясь в разговоры старших, но имея весомое право голоса в любом обсуждении.
Только сегодня в большой комнате нас ждал незнакомый мужчина, который поднялся с одного из кресел, приветствуя всех кивком головы, и протягивая руку к Ледяному, который шел впереди всех, чтобы поздороваться по традициям Берсерков, когда мужчины обхватили друг друга широкими сильными ладонями в области сгиба локтей, склоняясь вперед, и на секунду прижимаясь друг к другу лбами.
— Я Бер Штиль, первый кровный сын Бера Восхода.
