Даже если папа и рассказывал мне об этом, на данный момент я не смогла вспомнить ровным счетом ничего, надеясь лишь на то, что разговор по душам продолжится, и я смогу выяснить для себя хоть что-нибудь полезное."
"— Дочка? — перевел свои спокойные теплые глаза Сумрак на Тайгу, скорей всего напоминая о том, что она до сих не ответила на вопрос о том, что она делала в нашей деревне.
— Я должна была присматривать кое за кем, поэтому приходилось часто находиться рядом с деревней и видеть всех жителей.
Но большего я вам не скажу, — упрямо и тяжело закончила Тайга, явно в ту секунду бросая взгляд на Карата, судя по тому, как он весело усмехнулся. полыхнув своими наглыми. но красивыми глазами, — Можете угрожать сколько угодно. Всё, что касается Ягоды и ее парня — я рассказала. А остальное вас не касается.
У меня было стойкое ощущение, что мужчины не отцепятся от нее просто так.
По крайней мере, Карат уж точно, вот только почему-то он не попытался даже слова сказать, когда в зал вошла та самая женщина с белой косой.
— Не дали ребенку даже чай выпить! — было забавно и непривычно видеть, как маленькие человеческие женщины могли вести себя так смело и даже наверное отчасти вызывающе с этими мужчинами, которых и людьми то было назвать очень сложно, — Пол часа прошло! Я забираю с собой всех девочек!
Никто не возникал.
Север опустил на пол свою кроху с большим животом, Кадьяк с зелеными глазами тоже, но мне снова стало больно и стыдно, когда девушки осторожно и нежно подняли бледную молчаливую Злату с кресла из-под руки отца, чтобы увести ее с собой.
— Идем, Ягода, — обернулась на меня кареглазая девушка, что была женой Кадьяка, протягивая раскрытую ладонь, на что я смущенно и сконфуженно застыла, не в силах заставить себя пошевелиться в ее сторону.
Я все еще искренне думала, что мне здесь не место и сердце разрывалось при мысли о том, что я одним только своим появлением в их жизни причинила много вреда и боли.
— Идем, — обернулась ко мне Тайга, чтобы потянуться спокойно за свитером в моих руках, когда я наконец смогла увидеть то, что повергло всех мужчин в полный ступор.
На ее торсе от плечей к центру груди выступали шрамы, образовывая собой большую ровную «галочку» и явно несли в себе какой-то глубоко скрытый смысл.
«Личная охрана самого Короля» — так сказал Карат.
