И как тут было не заплакать?…
Чувствуя, как первые слезинки покатись по моим холодным щекам, я прикрыла мокрые ресницы, когда Янтарь осторожно и нежно поцеловал мои глаза, вдруг прошептав так тихо и проникновенно, чтобы это могла слышать только я одна:
-..клянусь, пройдет время и ты полюбишь их, забыв о своей ненависти…просто поверь мне сейчас.
И я верила.
Так сильно, как никому прежде!
Верила так, как не верила даже себе самой!
Это было искренне и смело, особенно со стороны тех, кого я всегда считала самым низким и лживым из всех родов Берсерков — рода Кадьяков, но видя, как Палачи нахмурились и переглянулись между собой, я поняла одну простую вещь — ведь они вовсе не обязаны соглашаться.
Они могут и отказать.
Сказать, что мне уготована только смерть, и поставить жирную точку на всем том, что происходило до этого.
Кажется, примерно об этом же подумали и все остальные Беры, когда я поняла, что они медленно, но верно начинают перестраиваться, снова подбираясь ко мне и Янтарю, чтобы встать полукругом, словно живая стена, защищающая от неверного решения Палачей.
Господи, до чего же жуткие типы эти Палачи!
Неужели они могли общаться на каком-то своем уровне, ничего не говоря и даже не глядя друг другу в глаза?
Еще более жутким было видеть, как они кивнули все в одно мгновение, словно были каким-то единым механизмом, разделенным в три тела, но объединенные одним разумом.
Совершенным, холодным, свободным от чувств и эмоций, но ведомых лишь одной целью.
— Палач, пришедший ко мне, был один. Его звали Марс, — тихо проговорил Сумрак, глядя на первого Палача так, словно пытался проникнуть в его голову.
И что-то незаметно изменилось.
Не знаю, что именно, просто во взгляде главного Палача промелькнуло что-то, чего я не понимала, но уловила.
Может дело было в том, как поднялись его ресницы, посмотрев прямо в глаза Сумрака.
— Он не говорил, что у него есть братья.
Но когда я сказал ему, что заберу вину своего брата на себя, мне показалось, что это повлияло на его решение заменить смерть на испытание, — мужчина смотрел в глаза Палача не моргая, и словно пытаясь донести до него что-то особенное одним лишь взглядом, — Не смотря на то, что все эти Беры разного рода, друг другу они братья. А эта девушка — их сестра.
Ох до чего же странная семейка меня ждала. если это дело как-то решиться!
— Хорошо.
