Я усмехнулась своим мыслям, и открыв окно, вдохнула вечерний, свежий терпкий воздух. Теплый душ, который я приняла, чтобы смыть с себя грязь торгового района и свои переживания, привел меня в прекрасное расположение духа. А золотая сила показала, что совсем близко зеленые нити познающего, Тоний ведет детей в покои.
Сердце неожиданно затрепыхалось как ненормальное, я все же переживаю. Как примут друг друга Амарант и Максимилиан. Сынишка хотел папу, но что, если он совсем не так его себе представлял. Не хочу, чтобы он разочаровался.
Амарант не идеален. Я быстро переоделась в простое платье, специально брала такие, чтобы можно было самой надевать, и понеслась в гостиную, откуда уже слышались возбужденные голоса детей и скучающий баритон Тония.
Глава 32
Ария сидела на диванчике и терла ладошками коленки через подол платья, для нее долгая прогулка то еще испытание. Тоний открыл окно и повесил на него легкий магический щит от мошкары. Макс, увидев меня, заулыбался:"
"— Мама, мы обошли весь парк, ты знаешь, он огорожен магическим щитом, но он такой легкий, я могу его снять.
Тоний не разрешает, — сынишка подошел ко мне и обнял за талию. Я погладила Макса по непослушным черным вихрам и кивнула на вопросительный взгляд Тония:
— И зачем тебе его снимать?
— Там другой парк, и он лучше, там люди гуляют и есть дети, мы же пойдем туда, я хочу новых друзей. А то, о чем мне рассказывать в Сахраме, все будет смеяться, что я ни с кем не играл все это время. Меня друзья не поймут.
Я рассмеялась и резко замолчала, наткнувшись взглядом на пронзительный взгляд Амаранта. Отчаянный взгляд, ждущий, надеющийся на принятие и отчаянно нуждающийся в этом принятие. Он замер на входе в гостиную и не решался войти.
— Тут странно пахнет, — Макс потянул носом и повернулся в сторону выхода в коридор, который вел в спальни, замер.
Ария проследила за взглядом брата и вскрикнула, в глазах моментально набухли слезы:
— Папа, — она неуклюже вскочила и побежала к отцу, протягивая руки, — Папочка!
— Ария, — голос Амаранта дрогнул, — Ты ходишь?!
— Госпожа Надя меня лечит.
Папа! Я хожу! Я сама хожу! — девушка оторвалась от отца и покружилась перед ним. – А еще я первая познакомилась с Максимилианом, вот!
Девушка, сама того не подозревая, сминала барьеры, которые стояли между всеми, и с наивной непосредственностью, которую она, несмотря на свои беды, не утратила вводила отца в наш мирок.
Макс походил на маленького ежика.
