Дракон знал очень много, и советы, которые я раздавала людям, были именно его советами. Как лучше проложить воду в мойки, о чистке древесины от тьмы, он тоже предупредил, а то деятельные кровники уже везде ее приспосабливали.
На следующий день приехал Рамиро, аккурат к обеду.
Я была рада его увидеть. Новоприбывший караван вызвал суматоху на площади среди переселенцев, так что пришлось успокаивать их, что это не их соперники приехали. Рамиро за то время, пока мы не виделись, помолодел. Глаза приобрели яркий цвет, а черные круги, которые тенями лежали на щеках, ушли, заменяясь румянцем.
Мужчина был полон сил и энергии.
— Принимай постояльцев Сахрами, — весело сказал он мне, когда вдоволь со всеми наобнимался.
— Не поняла? – Я даже застыла, потом обвела взглядом караван, который приехал с Рамиро, и поняла, что тут не только воины и маги, но и женщины, и дети. Вдруг из этой толчее вышла женщина в черном платье, и медленно приблизилась ко мне под внимательные взгляды всех, кто приехал. Тоний ринулся ей наперерез, но я остановила его взмахом руки.
От женщины я не чувствовала угрозы, и дар уже вовсю хозяйничал в ее теле, передавая, что внутри она заражена. Женщина подошла ко мне, взглянула черными омутами глаз, потом медленно прикрыла их и протянула руку, дотронувшись до моей груди. А потом вздрогнула всем телом, глаза ее открылись, показывая, что черная радужка исчезла, оставляя только белок. Страшно на такое смотреть, но опасности так и не было, поэтому просто ожидала, что тут за представление разыгрывает Рамиро.
— Да свершится пророчество, — прошелестела безжизненными голосом женщина и убрала от меня руку. Медленно отвернулась к своим и побрела назад.
Караван сразу весь зашевелился, и возничие намылились войти за стену дворцового двора.
— Пока ты не объяснишь, что происходит, никто в мой двор не въедет! – громко сказала я. И сложила руки на груди: жук этот Рамиро, а не маг, хитрый жук.
— Новых кровников я тебе привел Сахрами. Тебе нужны были воины, так вот, воины, маги, и я Суржик Рамира.
Это было, конечно, удивительно, но я не сдавалась:
— А что за представление с госпожой в черном?
Суржик нахмурился, а потом кивнул:
— Расскажу с глазу на глаз Сахрами, не дело это при всех, — и он посмотрел в сторону переселенцев, которые темной стеной стояли возле храма.
Я поняла, что запустить всю эту ораву внутрь все же придётся.
Разговор состоялся после обеда, который превратился в пирушку. Я не стала ругаться и возмущаться, отдыхать людям тоже нужно.
