‒ Вам нужно поесть, ‒ сказала я Суру, ‒ силы нужны, чтобы организм восстановился. Эта дрянь вас почти сожрала.
Мадей помог подняться другу и усадил его на лавку.
‒ Госпожа, люди господина Рамира требует увидеть своего хозяина.
‒ Приведи одного пусть посмотрит, ‒ устало сказала я, ‒ жив их господин.
‒ Говорил же не лезть, ‒ беззвучно сказал Сур, голос он сорвал, нужно отвар дать. Хотя теперь магия в его теле беспрепятственно двигается, а маги сами себя хорошо лечат.
Расстались мы быстро. Я хотела лечь, и думаю, Сур желал того же.
Так что без всяких расшаркиваний мы просто разбежались в разные стороны.
Я в свою кибитку, где под ворчание Шены и попискивание Люсины меня раздели, потому что сил не было даже на такое действие и обтерев влажной тряпкой, закутали в теплое одеяло.
Этот день я потом вспоминала как самую большую удачу. Суржик Рамира, знал много таких же зараженных тьмой магов, которые отчаялись стать опять полноценными и медленно угасали. А тут самый запущенный из них вдруг излечился и полностью, что через пару дней спокойно использовал магию так же, как и до заразы.
На третий день ко мне пошли просители. На четвертый пришли обозы с продуктами, которыми отдарился Рамир.
Когда он пришел на второй день спрашивать, что он мне должен, я сказала еду. Мне нужны продукты на весь путь до Черного дворца. Рамира мои слова не удивили.
‒ Хочу дать тебе совет девочка, ‒ когда довольные кровники принялись разгружать телеги, а мы сели за столик, чтобы перекусить. С мужчиной было два его приближенных, которые к нам не подходили.
Я напряглась от слов мага, но кивнула.
‒ Ты сейчас одна владеешь даром, но знаешь ли ты что он такое?
‒ Дракон, ‒ кивнула я, ‒ вернее, сущность дракона.
‒ Это хорошо, значит, он с тобой общается?
‒ Да, не понимаю вас, ‒ я нахмурилась.
‒ Никто из Сахрами не общался с драконом как ты, не считая его второй половинки души, которая умерла. «Первые» решили, что для потомков будет хорошим подспорьем и помощью, если они, умирая половину своей души, разделят на всех детей.
Да, в первые столетия драконья сущность, разделённая на весь род, была даром, настоящим даром. Но, сущности слабеют и дичают. Небесный род почти лишился своей сущности, поэтому твой отец и решился на бунт, но немного не угадал. Небесные, ослабев даром, взяли военной силой.
‒ Зачем вы мне все это рассказываете? ‒ не выдержала я.
‒ Как ты думаешь, хочет ли дракон быть опять разделенным, разорванным на куски, подумай девочка, больше я тебе ничего не скажу.
