То, с каким напряжением Шаталов проводит рукой по коротким волосам, выдает его внутреннее состояние. Похоже, переговоры все-таки прошли не в пользу «АмбассСелл».
— Лилечка, простите, что задержали вас, — елейный голос Щербакова неожиданно доносится прямо сзади, заставляя обернуться и встретиться с блестящим взглядом темно — серых глаз.
— Ничего, это моя работа. — отвечаю сдержанно. — Переговоры окончены? Я могу быть свободна?
— Подождите пару минут, я соберусь и подвезу вас домой, — не вопрос, звучит скорее как настояние.
Только этого не хватало!
— Спасибо, но не нужно, — вытягиваю губы в вежливой улыбке. — Я недалеко живу.
— Тем более. Я с водителем, и нам не составит труда вас подвезти. — мужские пальцы ложатся мне на локоть и слегка сжимают.
— Не нужно, Геннадий Викторович.
— Я чувствую себя обязанным довести вас домой в целости и сохранности.
На немолодом лице растекается такая леденящая улыбка, что мне снова становится неуютно. За окном уже давно темно, но я лучше пройдусь пешком по заброшенной улице, чем останусь с ним наедине.
"
"— Геннадий Викторович, — прямо за моей спиной раздается низкий голос Влада, и я вздрагиваю. Кажется, впервые за долгое время искренне рада его присутствию. — Вы совсем не умеете понимать с первого раза. Сначала меня, теперь вот девушку. Кажется, она сказала, что доберется сама.
Щербаков направляет гневный взгляд за мою спину, но руку не выпускает.
— Владислав Сергеевич, а вам не кажется, что это совсем не ваше дело.
Вы влезаете в личный разговор.
— Я проходил мимо, и не услышать было невозможно.
Слегка отодвигаюсь, чтобы избавить себя, наконец, от тисков начальника и замечаю, как Влад сверлит взглядом мою руку.
— Переговоры окончены, а выход там! Не смею вас больше задерживать, господин Шаталов! — по-хозяйски указывает в сторону лифта Щербаков, недвусмысленно намекая, что конкуренту здесь не рады.
— Я сам решу, когда мне уходить, или вы настолько негостеприимны, Геннадий Викторович?
Чувствую, как вдоль позвоночника стекает капелька пота.
Понимаю, что Влад меня защищает, тем самым накаляя еще больше отношения между ними, и чувствую себя среди двух огней.
Шаталов прищуривается, сжимая челюсть. В его взгляде неподдельная ненависть, и это пугает.
Напряжение между мужчинами становится таким густым и тяжелым, что даже проходящие мимо юристы не решаются банально попрощаться и быстро ретируются к лифту. Трусы, черт вас дери.