Скри-и-и-ии, скрипели ножки кресел, дивана, кровати, кухонного стола, перекатываясь из стороны в сторону, рассада частью грохнулась на пол.
Казалось, дом бесновался целую вечность, я даже не сразу осознала, что тряска практически сошла на нет.
– Маа, – негромко протянула я, с трудом разжав сведённые от страха челюсти, – вроде бы прекратилось?
– Да, дом не колошматит, – согласилась она со мной.
Комнату заливал яркий солнечный свет. Облегчённый вздох сам сорвался с губ.
– Как ты? – спросила у испуганной, побледневшей мамы.
– Ничего, Лизка, вроде жива.
– Побудь тут, я сейчас, – я, покачиваясь, встала на четвереньки, затем на ноги, меня била мелкая дрожь от пережитого, и на нетвёрдых, двинулась к окну в комнате.
Выглянула наружу. В лицо ударил мощный поток холодного воздуха, хотя мгновение назад никакого ветра не было, на миг задохнулась от его количества, дыхание спёрло в груди. Но осмотреться мне это не помешало.
Мы парили над облаками, а впереди, повсюду, куда ни глянь, синело безбрежное небесное море.
От увиденного пересохло в глотке, голова закружилась пуще прежнего, мне захотелось впервые в жизни хлопнуться в самый настоящий обморок. Насилу взяла себя в руки и осипшим голосом негромко сказала:
– Мама, вставай. Ежели будем падать, никакой косяк нас не спасёт.
Глава 2
– Боюсь, нас вообще ничто не спасёт, – задумчиво-фатально добавила я, стоило маме встать рядом со мной. Солнце сияло где-то справа, мягко подсвечивая облака золотым сиянием.
– Мы летим, что ли? – пробормотала ма, становясь рядом, так же как я, неверяще округлив глаза.
– Не думаю, что нам обеим может сниться один и тот же сон, и навряд ли мы слились сознаниями, будучи в бреду. Либо это грезится только мне, и я вижу тебя в своём невообразимо реалистичном кошмаре.
– Или мне, – поддакнула родительница.
На всякий случай взяла и ущипнула себя за руку. Ай! Больно.
– Побудь тут, пойду, гляну за дверь.
Мама лишь заторможенно кивнула: она, кажется, меня совсем не услышала. Я вышла в зал и подошла к входной двери.
Провернула ключ в скважине и потянула ручку на себя, та с жалобным скрипом приоткрылась. Я выглянула в образовавшуюся щель. Брови мои подскочили к корням волос: кроме того, что дом самым фантастическим образом, бог весть куда летел, так ещё и веранда никуда не делась. Балки, поддерживавшие козырёк, чудом уцелели, только вот от трёх ступенек крыльца осталось ровно полторы, как бы смешно это ни звучало, впрочем, мне было совсем не до веселья.
