— Ха? Беспокоишься об этом отребье, пока твой босс едва шкуру спас? Так, Ларусик⁈ — он прижег взглядом розоволоску.
Ту мигом пробило на дрожь.
— Н-нет, б-босс! Н-ничего подобного! Т-так ему и надо! В-все он виноват!
— Поговори мне тут… не забывай, что мигом можешь оказаться наруже вместе с теми неудачниками, поняла? — он показал на стену.
Та тут же закивала, словно болванчик. За стеной до сих пор слышались звуки агонии, и она даже боялась посмотреть туда.
— Вот же ублюдки, вынесли вы мне мозг… — Босс пристроил пистолет у себя и следом поднял на уровень глаз гранату.
Он аккуратно вставил обратно чеку, руки подрагивали, но с третьей попытки ему удалось.
Остальные внимательно следили за этим процессом, будто он проводил хирургическую операцию.
— Фу-у-х! Ну наконец-то! — выдохнул он, расслабляясь. — Вот теперь-то вы, мусор, по полной ответите за весь этот барда… КХА! КАКОГО ХЕРА⁈ — бандюк внезапно почувствовал боль в боку. А опустив взгляд вниз, увидел абсурдную картину…
— Всего лишь убираю мусор.
Как ты и хотел… моб! — рука гребаного школьника торчала у него в боку. Он каким-то хером пробил защитную одежду и кончиками пальцев вошел в плоть!
Как это произошло, как такое вообще может быть… главарь просто выкинул из головы. Он понимал, что, если промедлит еще хоть секунду, ему точно конец!
— С-свали от меня нахер! — он ногой пнул школьника и тот отлетел в сторону. — С-сука, какого хера происходит… — кровь начала обильно сочиться из раны, руки дрожали, и он выронил гранату, благо хоть надел чеку.
Но все это вторично, главное, он до сих пор не мог поверить в происходящее! Только что этот школоло проделал в нем дыру? Тот самый школоло, что секунду назад стонал под его ногами⁈ Что за херня⁈
А Митяй тем временем спокойно поднялся с пола, подобрав мимоходом гранату. Он с интересом ее рассмотрел, после чего улыбнулся улыбочкой Урсы и… повернулся к главарю.
И то, что главарь увидел… совершенно ему не понравилось! Взгляд школьника полностью изменился, это был совершенно не тот задрот, которого босс видел раньше.
Теперь у него был взгляд голодного зверя, взгляд от которого стыла в жилах кровь, взгляд, которого он не видел даже, когда отматывал срок в тюряге строгого режима…
— Н-не подходи, ублюдок! Не походи ко мне! — главарь вдруг «запел» фальцетом и со всей силы рванул в сторону, боль от раны его уже не волновала. — У-убью! Я убью ее! — он тут же схватил розоволосую тянку и закрылся ей, как щитом.
Митяй в недоумении склонил голову.
