Глава 24
АНЯ
Я приняла решение и, как считаю - правильное! Так почему тогда так паршиво и страшно? Спрашиваю саму себя и даже знаю ответ на оба вопроса!
Паршиво – потому что вижу грусть в глазах Тима! Он не хочет делать того, что я собралась, и это говорит о его отношении ко мне! Он не играет, для него всё, что происходит, между нами, очень серьёзно, и для меня тоже, но слишком рано для такого шага.
Страшно – потому, что я никогда не принимала подобные препараты, мы предохранялись с Алексеем, но только презервативами.
Мой женский организм работает как часики, и принимать какие-либо противозачаточные я сразу отказалась, как только вошла в половую жизнь с Алексеем, он то и был моим первым.
Что будет после того, как я приму эту чёртову экстренную контрацепцию? Может ли эта таблетка навредить моему организму? Смогу ли я после забеременеть? Я ни черта не знаю о побочках! Нужно поискать информацию в интернете, а самый лучший вариант проконсультироваться с врачом, да вот только времени для этого нет! Нужно лететь за мальчиком, что может оказаться сыном Тима.
Боже! Как же трудно! Не выдержала, показала Тиму, как мне плохо! Заметил, поддержал, успокоил! Действительно успокоил! Зацеловал, заласкал, согрел!"
"Как оказалось, Тим ночью забронировал билеты на рейс, до ближайшего города от той деревни, где живут родители – матери кукушки! По-другому назвать женщину, что бросила своего ребёнка невозможно! К тому же она ещё и воровка! Как она вообще смогла на такое пойти после того, как Тим чуть не убил её на кухни? Кажется, эта женщина лишена чувства страха!
- Ты что-нибудь будешь? – раздаётся сбоку.
Мы уже в аэропорту, приехали раньше и теперь дожидаемся нашего рейса. Зашли в кафе, чтобы побыть в относительной для такого места в тишине. В зале очень шумно, куча людей, гомон, все кто-то улетает, кто-то наоборот прилетел.
- Чай с мятой, - отвечаю мужчине.
Тим кивает, и поднимается из-за столика, наклоняется, целует в висок и выпрямившись, идёт сам сделать заказ.
Официанты заняты, поэтому Тим не ждёт, когда к нам подойдут. Провожаю фигуру мужчины взглядом, пиджак снят, а тонкая ткань рубашки показывает, как он напряжён, мышцы спины бугрятся, перекатываются при каждом сделанном шаге.
Ему тоже тяжело, в какой-то степени даже тяжелее чем мне.
Отворачиваюсь к панорамному окну кафе, что выходят в зал аэропорта, взглядом цепляясь то за одного, то за другого прохожего.
