Чей ты, малыш? Чья кровь в тебе течёт? Эх, плохо, что ты и сам этого не знаешь, но зато это знает твоя нерадивая мамаша. Знает, вот только она пришла и сообщила о тебе именно Тиму!
Уснул, - шепчет Тим, отходя от детской кроватки, в которой приоткрыв губки, заснул Никита.
- В каком возрасте начинают ходит дети? Тебе не кажется, что Никита сильно отстаёт в этом плане? – перевожу взгляд с кроватки с ребёнком на мужчину.
- Не кажется, Анют, ему уже год и четыре месяца, - присаживается на край постели, протягивает ко мне руки, зовёт в свои объятия, в которые я тут же спешу попасть, - Никита отстаёт в развитии, - обнимает меня за талию, усаживает на свои колени.
- Почему, какова причина? Это же поправимо? – вскидываю голову вверх, смотрю в глаза Тима.
- Причин много, но я склоняются к одной пока версии, с Никитой не занимались, часто держали под снотворным, как он выдержал, ума не приложу, он же мог не проснутся, переборщи они дозировку и…, - не договаривает, прикрывает глаза, крепко сжимает зубы, двигая желваками.
Непроизвольно передёргиваю плечами, что могло случится и дураку понятно."
"- Но это только твои предположения, а что говорят врачи?
- Утром узнаем их вердикт, но как сказал док, хороших результатов нам не ждать, - хрипло отвечает Тим, - давай спать? – обхватывает пальцами мой подбородок, обводит взглядом моё лицо, останавливаясь на губах.
Глаза Тима темнеют, и от такого взгляда, полного желания, тело бросает в жар.
- Только спать, - шепчу пересохшими вмиг губами.
Как бы моё тело не реагировало на этого мужчину, нужно держать себя в руках и не поддаваться плененному желанию! Мы в стенах больнице, рядом в кроватке спит ребёнок, да к тому мы договорились, до результатов ДНК, мы на диете! Не стоит мне привыкать к головокружительной страсти, безумным ласкам, и такой горящей в глазах помимо желания, любви этого мужчины!
- Это будет трудно, - гулко втягивает воздух с шипением, - я помню наш уговор, - говорит Тим и крепче прижимает меня к своей груди.
Трудно, непомерно тяжело устоять перед соблазном поддаться искушению, но я собрав последние крупицы сползаю с колен мужчины, переползаю на расправленную постель.
- Ложись, я сейчас вернусь, - до жути хриплым голосом произносит Горский и поднявшись, поправляет ширинку своих брюк, не скрывая своего возбуждения, идёт в сторону душевой комнаты.
Уже через пару минут за дверью санузла зашумела вода.
