И тут из кареты вылетел ребенок лет шести, приземлился на ноги, не удержался, упал на пятую точку — светлые штанишки тут же стали зелеными, поднялся, мотнул головой и ринулся вперед с криком:
— Папа-па-па-папа-па!..
И папа уже был наготове. Маршал подхватил ребенка, подбросил в воздух, закручивая ветер вихрями, из-за чего мальчишка громко засмеялся, поймал — и вот он уже у кареты с протянутой рукой, за которую ухватилась молодая женщина. На руках женщина — жена маршала? — держала совсем крошечную девочку в токсично-зеленой кофте с вырвиглазными красными пуговицами, от которых малышка явно была без ума, все пыталась засунуть в рот.
А я с офигеванием смотрела на эту идиллию. Тем временем маршалу достались и поцелуи, и обнимашки, и выглядел он в этот момент… как-то совершенно иначе, даже заразой не обозвать. М-да уж, любящая семья меняет человека.
— Аннет, твое первое задание ты выполнила, так что имеет смысл перевести тебя ближе к столице, — услышала я и не сразу поняла, о чем это отец, так уж засмотрелась на милейшую картину.
Нет, ну правда, не может же быть человек одновременно и ядовитой заразой, и чудесным семьянином? Или может?
— Перевести? — повторила я и уставилась на отца.
— Естественно, твоя карьера только выиграет от этого, — добавил он, важно кивая, — к тому же вакантное место будет в одной из моих частей… Это очень выгодное предложение, так что советую написать прошение о переводе. Ты же знаешь, что я всегда желаю тебе добра, Аннет.
Офигеть просто! То есть вот так — советами — меня наверх пропихают так, как удобно семье, а не так, как мне хочется. Еще и под боком у папочки буду сидеть. И бросить свой гарнизон? Бросить своих запасников? А как же планы на торговлю композитом? А как же планы по ремонтным работам и превращению этого места в идеальный гарнизон?.. Да и вообще, мои планы, а не родительские? И если Аннет не могла сопротивляться, то я — совсем другое дело!
— Я останусь, — спокойно ответила я.
— Аннет, это неразумно, — вскипел генерал, но мне уже было немного все равно. Напряжение внутри, которое возникло при виде нахмуренных бровей и грозного взгляда, постепенно отпускало, память Аннет развеивалась, ее чувства больше не были властны надо мной… нет, над нами. Силы, чтобы противостоять иногда миру, иногда банально родственникам или обстоятельствам, тоже должны откуда-то браться. В нашем случае появилась я.
