— Никодим ругался на нашего-то графа, что его теперь тоже наказать могут, что он личико-то ихнему графу попортил, — деловито закончила Пелагея. А Ирине стало обидно, что она не видела, как Балашову надавали по морде.
На завтраке Ирину ухватил профессор и утащил в лабораторию. Там он ей показал расчёты, выходило, что мыло с дустом на глицерине очень дорого. Долго обсуждали и пришли к выводу, что армии можно предложить мыло из неочищенного глицерина, да оно не будет таким мягким и красивым, но зато будет стоить в пять раз дешевле.
Профессор тут же взялся за расчёты и получилось, что при сохранении пропорций можно сделать такой вариант. А для красоты Ирина придумала ставить штампик в виде голубка. В прежней жизни ей всегда нравилось мыло Dove, и здесь она подумала, что будет всем понятно, если такой голубок появится на всех брусочках.
Пока решили сделать небольшую партию и отправить часть в больницу к Путееву, часть в местный гарнизон, чтобы испытать. И профессор, и Ирина решили прямо сегодня поехать в Никольский.
Им не терпелось запустить изготовление пробной партии и уже на этой неделе начать испытания."
"Пелагея ругалась на Ирину, что она мало того себя не жалеет, так ещё и профессора решила голодом заморить, и не отпустила их пока они не пообедали.
Когда Ирина с профессором выезжали за ворота, к поместью подъехал граф Андрей. Коротко переговорил с охраной, потом подъехал к окну кареты и сообщил, что всё в порядке, Балашов будет с исправниками отправлен в столицу, дело к расследованию приняли.
* * *Андрей долго смотрел вслед карете. Вспоминал как вчера Ирэн рыдала у него в руках, похоже даже не осознавая, что это он. А вот с отцом Ирэн надо переговорить, как и хотел, тем более что сегодня был у наместника и тот тоже подтвердил, что документы на Лопатина на титул не приходили.
Глава 21
Граф Андрей начал с того, что написал письмо Шувалову Александру Ивановичу с просьбой просветить его насчёт Лопатина, и оговорённой для него награды и титула.
Из разговора с наместником Забела понял, что никаких инструкций или рекомендаций Гайко не получал, просто в пакете с императорской печатью пришли документы только на Голдеева.
Письмо Шувалову граф отправил специальной почтой, значит ответ должен прийти быстро. А пока он собирался обсудить с Лопатиным свои мысли насчёт необычных знаний его дочери.
Ирэн с профессором уехали, поэтому никаких неловкостей возникнуть не должно было.
