— Тогда готовьтесь к тому, что вы не сможете производить ни по одной привилегии, потому как Государственный совет ваши так называемые новинки не пропустит. Но у вас ещё есть шанс, ведь Совет — это я.
Но Лопатин снова отказался и тогда Ставровский вытащил свой «козырь»:
— Помнится у вас, — начал князь, продолжая обращаться к Лопатину официально, — был рудник огненных рубинов, на нём ещё произошёл обвал
Леонид Александрович вздрогнул, а Ставровский, довольный произведённым эффектом, продолжил:
— Расследование же не подтвердило злого умысла, но вот я считаю, что надо бы ещё раз поднять и проверить, по какой такой причине совершенно новая шахта на перспективном для страны месторождении вдруг обваливается.
Не было ли у вас личных мотивов это сделать? Похоже на террористический акт, неправда ли? А вдруг обнаружится, что и бомба была? Да ещё и конструкции похожей на ту, которой подорвали императора?
Ставровский поднялся и почти нависнув над Лопатиным, добавил «задушевным» тоном:
— Подумай Леонид Александрович, даю тебе сутки, не более.
Не забывай, у тебя дети…
И вышел.
В коридоре стоял Балашов, напротив него застыла опрятно одетая крестьянская девушка, которая держала за ручку ребёнка. Ставровский присмотрелся к девочке, которая, улыбаясь переводила взгляд то на него, то на Кирилла и понял, что подозрение его сестры, матери Кирилла, о том, что это ребёнок Виленского, совершенно не обосновано, девочка была копией своего отца.
Увидев Ставровского, Глаша, а это была Глаша с Танюшей, потянула девочку за ручку, пытаясь увести.
Но Князь наклонился и спросил:
— А как же зовут такую принцессу?
Девочка снова улыбнулась и довольно внятно выговорила, немного шепелява на последнем слоге:
— Танюфа
Ставровский хотело ещё что-то сказать, но дверь в кабинет отворилась и на пороге застыл бледный Лопатин, осмотрел открывшуюся картину и строго сказал: — Глаша, идите.
Глаша, пользуясь тем, что ей приказали, быстренько подхватила Танюшу на руки и пошла в глубь дома.
Ставровский выпрямился и сказал:
— Ещё сутки я буду в Никольском, у наместника, жду вашего ответа.
Потом кивнул племяннику:
— Идём, Кирилл
И они пошли вниз, не оборачиваясь на застывшего хозяина поместья.
А Лопатин, тяжело вздохнув снова отправился в кабинет. Нет, он не боялся Ставровского, хотя и знал, что тот, если захочет, может выполнить все свои угрозы. Как ему защитить детей, Ирэн.
