)
Да, профессор не верил в чудеса, но он верил в науку и божественное проведение. У Аристарха Викентьевича было развито чутьё ученого, которое его никогда не подводило. Именно оно когда-то заставило его бросить симпатичный родительский домик в чистенькой провинции Кравеца и отправиться в страшную неизвестную страну, которую все ненавидели за её богатства, бескрайние просторы, но никто её не мог победить, поэтому терпели. Его с ранней юности увлекала алхимия, или наука о веществах, но в Кравеце не было возможности идти дальше аптекарской лавки.
И тогда он услышал, что его соотечественник Андреас-Готфрид Штромбель переехал в Стоглавую и получил там разрешение на открытие аптекарского дела. Аристарх, которого тогда звали Арстер-Волькер Шмоль, написал Андреасу письмо, с просьбой рассмотреть его кандидатуру на работу в его аптеки.
Штромбель с радостью согласился, потому как с людьми, понимающими как должна работать аптека, на тот момент в Стоглавой было совсем плохо. Так Арстер Шмоль, собрав немного вещей переехал в Стоглавую империю.
Где вскоре женился, стал подданым Стоглавой и получил имя Аристарх Викентьевич.
Но не только аптечное дело привлекало в Стоглавую Арстера Шмоля, аптеками он мог заниматься и в Кравеце, его главной целью был столичный университет, созданный ещё императором Петром Алексеевичем, и ставший столь привлекательным для Арстера, благодаря академику Ломоносову Михаилу Васильевичу*, который первым признал химию отдельной наукой*, а не просто хилым направлением алхимии.
(*первый крупный русский учёный-естествоиспытатель, проявил себя как энциклопедист, физик и химик: вошёл в науку как первый химик, который дал физической химии определение, весьма близкое к современному, и предначертал обширную программу физико-химических исследований)
(*Из-за того, что химия, в отличие от физики, не могла быть выражена количественно, существовали споры, является ли химия количественной воспроизводимой наукой или это некий иной вид познания. М. В. Ломоносов уже в первой известной своей работе, именно к данной области естествознания отношение имеющей — „Элементы математической химии“ (1741), в отличие от большинства химиков своего времени, считавших эту сферу деятельности искусством, классифицирует её как науку)"
"Путь Аристарха был непрост, но благодаря поддержке ставшего ему другом Штромбеля, он выучился на доктора, а потом закончил университет, и стал одним из немногих признанных светил химической науки.
