Вот ответит кто-то из этих «химиков» и там видно будет
(*долгое время деревянные колёса обивали войлоком и кожей, так было до появления резины в 1839 году)
Да ещё на Ирину снова налетели молодые доктора-стажёры, особенно те из них, кто уже начал практиковать хирургию с использованием скальпеля (скалпрума, поправила сама себя Ирина), и начали наперебой рассказывать о тех успехах, о выживших пациентах, о том насколько теперь точны стали разрезы тканей.
А вот Назар, Ирина снова поразилась, какой въедливый будущий молодой доктор спросил её о шприце.
Ирина уже ругала себя за то, что рассказала об этом. Ну ладно скальпель, но шприц, она же не знает, в чём там основная фишка, а вдруг начнут испытывать, здесь же не стесняются сразу на людях, и кто-то погибнет, по её вине. Поэтому она как могла отговорилась тем, что спешит, но решила, что как только Павла найдут, то она с ним переговорит, по поводу создания полой тонкой иглы и возможности трубки и поршня без доступа воздуха.
Забела приехал к наместнику, Ирина уже вернулась из больницы и судя по тому, как сперва «загорелись» надеждой её глаза, но потом не увидев рядом с Забела Павла, «потухли», он понял, что она ждала… ждала новостей.
— Ирэн Леонидовна, — начал Забела, но Ирина перебила его подошла и глядя ему прямо в глаза серьёзно спросила:
— Скажите, он жив?
Забела не знал, что ответить. Ему так не хотелось, чтобы она расстраивалась, и он уже открыл рот, чтобы успокоить, сказать, что скорее всего Павла похитили и точно не убьют, пока не выведают всех секретов.
Он даже не осознавал, что если бы он так сказал, то Ирэн ещё больше бы расстроилась, сразу представив себе как доброго, большого Павла пытают, чтобы выведать этот чёртов секрет чернёного серебра. Но граф не успел совершить очередную глупость, потому что в дверь ворвался один из солдат охраны и не поклонившись выдохнул:
— Новости из поместья
Забела взял из рук посыльного свернутый в трубочку листок бумаги, развернул и улыбнувшись передал его Ирэн.
В послании рукой отца было написано:
— Павел в поместье, лорда взяли.
Ирина так обрадовалась, что даже чуть не полезла обниматься к Забела, но вовремя себя остановила.
Ехать в поместье решили сразу, отказавшись от ужина и расстроив Прасковью Валуевну, которая рассчитывала на интересную компанию в лице Ирины. Но Ирина напомнила ей, что речь идёт о создателе всех этих прекрасных столовых приборов, подстаканников и других украшений, и госпожа Гайко их отпустила, попросив только сообщить как там Павел.
