После супа подали холодные блюда на выбор, можно было выбирать или буженину под луком, или говяжью студию с хреном, но Елизавета Петровна предпочитала кушанья из рыбы и взяла себе копчёную лососину.
Третьей переменой шло горячее, предлагали утку под рыжиками, телячьи щёчки с изюмом и черносливом, куропатку, фаршированную гречневой кашей. Разговоров особо не было, пока все только восхищались прекрасно приготовленными блюдами и вышколенными слугами с белоснежными салфетками в руках.
Наконец всё было испробовано и нахвалено, и настало время десерта, и можно было поговорить.
Мужчины удалились в сигарную комнату, оставив женщин одних. Конечно же все разговоры сейчас крутились вокруг ситуации с Ханиданом, новинок из Никольского уезда и майских сезонов.
Про Ханидан все говорили шёпотом, информации было мало, но все ждали, что императору удастся договорится о мире с шахом. Войны не хотел никто.
Елизавета Ивановна, хозяйка дома, рассказала, что выписала себе из Никольского несколько фунтов мыла и теперь счастлива, потому как говорят, что всё производство этого мыла остановлено, и на Никольской фабрике пока будут делать какое-то другое мыло по специальному заказу военно-медицинской канцелярии.
— Даже наш медикус, который сам из Кравеца, увидев это мыло долго удивлялся чистоте, мягкости и аромату. Говорит, что такого нигде не видел, — с придыханием продолжала рассказывать генеральша.
— А ещё говорят, что там же делают какие-то чудесные кримы, которые просто возвращают молодость, — добавила Аргамакова, снизив голос до шёпота.
— Говорят на майские сезоны императрица будет готовить бал, — вдруг сказала баронесса Адлерберг, — мне так нравятся её балы, всегда очень изысканно и интересно. Наша императрица умеет найти интересных музыкантов или театры.
И графина Балашова поняла, — вот оно, пора
— А я с ужасом жду майских сезонов, — грустно сказала она и сделала паузу, давая возможность собеседницам переспросить
— Почему, — ахнули женщины
— На майские сезоны в столицу приедет некая Ирэн Виленская, помните такую? — графиня в дополнение к голосу сделала скорбное лицо
Баронесса Адлерберг закивала:
— Кажется там была какая-то история с … вашим сыном…, ой простите
Графиня уже достала платочек и приложив его к сухим глазам сообщила:"
"— К сожалению, да, эта женщина совратила моего мальчика, ушла от мужа и вот теперь снова едет в столицу, чтобы разрушить Кириллу жизнь, а ведь мы только что сговорились на помолвку с княжной Софьей Обуховой.
