– Каким образом?
– Я спасла его ноутбук.
– Это как?! – Теперь ошеломлены оба.
– Так получилось. – Свернуть бы эту тему… – Полилась вода, а я его схватила. Он сказал, что я спасла его кусок хлеба. Хотел мне кофе купить, но я отказалась, и тогда он дал мне эту расписку. Но это же шутка! – И веско добавляю: – Нельзя же это воспринимать всерьез.
Но Райан, кажется, не слышит.
– Ты спасла его кусок хлеба, – медленно произносит он. – И с него теперь ответная любезность. Например, дать кому-нибудь работу. Достойную и с солидным окладом.
Я смотрю на него, и до меня постепенно доходит смысл услышанного. Но он же не всерьез? Он шутит?
– Точно! – оживляется Джейк. – Действуй!
– Как действовать?!
– Предъяви расписку. Встреться с этим парнем, потолкуй. Устрой Райану работу. И убедись, что платят прилично.
Ушам не верю.
– Я так не могу! Я же его даже не знаю! Это совершенно посторонний человек. То есть, – добавляю я, – мы однажды пересеклись, но это нельзя назвать знакомством.
– Речь не о знакомстве, а о твоих правах.
Он твой должник. – Джейк тычет в манжету. – Вот, написано!
– Но такого он мне не должен! Все, что я сделала, – это не дала его ноутбуку намокнуть. Пустяковое одолжение.
– С чего ты взяла? – тут же упирается Джейк. – Ты же не знаешь, что было в ноутбуке. Может, ты ему тысячи фунтов спасла.
– Или сотни тысяч, – вставляет Райан. – Или всю фирму.
– Вполне возможно, – твердо кивает Джейк. – Ты ему миллионы сберегла, а он хочет капучино отделаться. Ловок!
– Послушайте… – Главное – сохранять спокойствие.
– Все было совсем не так. И я не могу впорхнуть в кабинет к незнакомому человеку со словами «Ты мой должник, дай Райану работу».
Я поворачиваюсь к Райану.
– Почему ты просто не хочешь туда обратиться? Опыт у тебя есть, и резюме прекрасное…
– Да ладно тебе! – взрывается Райан. – Никогда я эту работу не получу! Шансов ноль. Кто, прочитав мое резюме, заявит: «Да, вот такой парень должен заниматься нашим этическим торговым дерьмом»?!
– Они заявят!"
"Райан мотает головой, глядя в стол.
А потом поднимает глаза, и я вижу в них хорошо знакомую боль.
– Я возвращаюсь в Лос-Анджелес, – говорит он и поворачивается к Джейку: – Извини, дружище, с нашими планами придется повременить.
– Нет! – пугаюсь я. – Тебе нельзя!
– У меня здесь ничего нет.
Райан старается говорить спокойно, но в его голосе звучит ненависть к себе самому.
– Есть! Должно быть! Может, я…
И я прикусываю язык.
– Что ты? – Райан внезапно настораживается.
