Наши взгляды встретились, и мне казалось, что он уже не послушает, когда, кивнув головой, Витя продолжил путь. Дойдя до машины, он аккуратно усадил меня на заднее сидение автомобиля. А после, захлопнув дверцу, развернулся и пошел назад. Я следила за ним через стекло и видела, как он вытащил из тачки того придурка, что назвал меня шмарой, и пару раз врезал ему по лицу. Кто-то что-то крикнул ему, и Виктор повернулся в его сторону, но сделав пару шагов вперед, остановился. Тот заблокировал двери, вызвал на красивом лице моего мужа ухмылку.
Сев в машину, Соколовский повернулся ко мне.
— Как ты?
— Болит. — поджав нижнюю губу, капризно выдаю я.
А сама пытаюсь скрыть улыбку. Хоть я и злюсь на этого идиота, и ни в коем случае не прощу ему его выходки, сейчас мне очень приятно, что он защищал мою честь. Конечно, можно было бы и не бить морды, но ведь это Соколовский.
— Потерпи немного, скоро будем в больнице.
Согласно киваю, и мы трогаемся с места. В больнице мне перетянули лодыжку эластичным бинтом, дали обезболивающее и выписали какую-то мазь.
Заехав в аптеку, мы наконец-то приехали домой. Все это время мой муж носил меня на руках, и мне это очень даже понравилось. А после, даже постелил мне постель и помог лечь. Я думала, что сейчас он будет настаивать на том, чтобы спать со мной. Но ничего подобного, поцеловав меня в лоб, просто добавил:
— Твое наказание откладывается на несколько дней.
— В смысле?
— Сладких снов, детка. — усмехается в ответ, а потом просто выходит из моей комнаты и закрывает за собой дверь, оставляя меня одну.
Но кто бы меня послушал? Это гад даже и не думал подчиняться.
Глава 42
Открываю глаза, чувствуя острый аромат свежей выпечки. Прямо передо мной стоит мой муженек с подносом в руках. На его губах играет какая-то странная улыбка, когда он смотрит на меня и не замечает того, что я уже проснулась."
"Тоже прохожусь по нему взглядом, как губка, впитывая весь его образ. От серых трико, что так низко сидят на бедрах, открывая белую полоску от резинки его фирменных трусов.
Почему- то вспоминается момент, когда я так щедро насыпала в одни из них ему перчика. Не в силах сдержаться, начинаю хихикать, тем самым привлекая внимание Вити.
— Что смешного? — интересуется он, выгнув одну бровь.
— Просто хорошее настроение. — улыбаюсь, не желая признаваться в истинном мотиве. Уверена, ему не очень-то понравится напоминание об этом.
— Это хорошо. — ставит передо мной поднос. — Как нога?
— Болит, но если не шевелить ею, то терпимо.
