Я прекрасно понимаю, что он ждал именно меня. И возможно, ждал очень долго. А значит, его злость только набирала обороты с каждой минутой. И это прекрасно видно по его перекошенному от бешенства лицу."
"Только не паниковать. Что он может мне сделать?
— А вот и наша художница нарисовалась. — произносит довольно спокойно, что совсем не сочетается с его видом.
— Не понимаю, о чем ты. — включаю дуру, надеясь, что это поможет.
— Все ты понимаешь, стерва. — скалится он и хватает меня за локоть. — И сейчас, пойдешь со мной.
Думаю, тебе пора ответить за свои детские шалости по-взрослому.
— Никуда я не пойду. — дергаю руку, пытаясь сопротивляться. Но этому идиоту плевать. Он уверенно тащит меня за собой, и сейчас единственная моя задача- не свалится. Иначе, боюсь, он просто поволокет меня по земле.
Мы довольно быстро приближаемся к воротам, и я с грустью смотрю на свой дом. Мое счастье было так близко. Один шаг и я могла оказаться в безопасности. А теперь…
Я не знаю, куда он меня тащит. Все мое сопротивление никак его не задевает.
Ни мои слова. Ни мои действия. И это внушает страх. Только он об этом никогда не узнает.
За воротами стоит его машина. Та самая. Протюнингованная собственно мной. Не сдерживая себя, улыбаюсь во весь рот, тихо хихикая. Это приводит в бешенство моего жениха. Мне даже показалось, что я слышала рычание. Прежде чем меня бесцеремонно закидывают на заднее сидение автомобиля. А через несколько секунд мы уже отдаляемся от ворот моего дома.
— И куда ты меня везешь на ночь глядя? Родители ведь будут волноваться.
— удобнее усаживаясь, начинаю допрос.
Просить о том, чтобы он остановился и отпустил меня, бесполезно. Поэтому даже не буду пытаться.
— Они уже привыкли, что ты постоянно где-то тусуешь.
— Да я смотрю, ты очень много обо мне знаешь. Следишь за мной?
— Мечтать не вредно.
— Так куда мы едем?
— Скоро узнаешь. Мы почти на месте.
И правда, через пару минут машина начинает тормозить. Смотрю в окно и вижу автомойку. И, какого черта, он меня сюда привез? Хочет, чтобы я оплатила ему мойку? Мог бы просто попросить.
— Выходи. — басит Виктор, покидая салон автомобиля.
Следую за ним, все ещё не понимая, что я тут делаю.
— Боже, Соколовский, только не говори, что родители лишили тебя карманных денег. — тихо ржу над ним. — Уже и мойку оплатить не в силах.
— Зачем мне платить за то, что ты сделаешь бесплатно?
Что что? Я не ослышалась? Бесплатно? Я???
— Ничего я делать не буду. — смотрю на него неверующими глазами.
