Хотя, быть может, в этом тоже есть какой-то смысл? Стоит узнать у Эраста. И почему именно мы? Две из нас уже стали супругами этих магов, а мне Эраст тоже сделал предложение. Это детали одного пазла? Или я ищу странности там, где их нет? Эх!"
"О нас никто не знает и не поблагодарит, потому что наши имена должны быть скрыты под завесой тайны. Мы должны оставаться в тени, чтобы сохранить себе жизнь. Именно с кем захотят поквитаться те, кто снова посягнет на независимость нашего королевства? Конечно же, с нами! Теми, кто остановит войну (я на это надеюсь!).
К тому же мы так и будем преданы забвению. Пусть так. Слава мне точно не нужна. Выжить бы и спасти всех.
— Агния, я хочу поговорить с тобой, — голос, который еще совсем недавно вызывал рой приятных мурашек по коже, а сейчас вызывал лишь оскомину на зубах.
Даже спокойно подышать воздухом мне не суждено. Я развернулась и, не обращая внимания, на несостоявшегося мужа прошла мимо него. Но у Кейрасса было другое мнение. Он схватил меня за локоть, а я подняла глаза.
Недовольство было сложно скрыть. Да и зачем? Пусть лже-Лариса и призналась, что есть такая технология подчинения к себе мужской особи, только вот основывается она на взаимности. А значит, говорить о том, что это она повелела ему организовать тот подлый спор на меня, не выйдет. Не так это работает. Демоницы создают лишь легкий флер, который нужно постоянно поддерживать, чтобы тот не развеялся.
— А я не хочу, — ответила я и вырвала руку из его захвата.
Мужчина отчетливо скрипнул зубами.
С тех пор, как он прозрел, то отказался возвращаться к себе, стал помогать брату в его войне и носил перстень моей работы. Глаза мне Кейрасс не мозолил, так как Эраст запретил ему приближаться ко мне. Но, как я поняла, сейчас безопасник отсутствовал.
— Я хочу попросить прощения…
— Слишком много ты хочешь. Но я принимаю твои извинения. А сейчас дай мне пройти.
— Я не закончил.
— Зато я закончила. У меня много работы.
— Агния, мы еще можем все вернуть… Моя саламандра приняла тебя…
— Саламандра твоего брата тоже приняла меня, — с пренебрежением ответила я.
Кейрасс скривился, услышав мои слова:
— Это временно. Как только я подтвержу свое согласие в Храме, ты станешь моей.
— Я против, — раздражаясь не на шутку, прошипела я ему в лицо.
— Ты уже дала свое согласие. Видит Великая Мать, я хотел по-другому, — Кейрасс вмиг изменился в лице, и вместо злости я заметила какую-то отчаянную решимость.
Мне это не понравилось, и я поспешила уйти от бывшего жениха.
