Чёрный пакет, плотно перевязанный скотчем, лежал на том же самом месте и точно так же, как и раньше, был сверху накрыт ковром.
Глава 8
Я открыла глаза и увидела больничные стены. «Спокойно, – мысленно стала убеждать я себя. – Надо собраться с силами. Где я»?
Я лежала под капельницей, а рядом со мной сидела мама.
– Наконец-то пришла в себя, – устало вздохнула она. – Я уже не знала, что и думать. «Скорая» не хотела ехать, ведь ты была в состоянии алкогольного опьянения, а когда приехала, то не хотела оказывать медицинскую помощь.
Они её пьяным не оказывают. Требовали, чтобы я вызывала наркологию. И страх, и позор. Еле уговорила отвезти тебя в больницу, ведь ты долгое время была без сознания, тебя невозможно было привести в чувство. Доченька, ты только больше не пей, очень прошу. Неужели Тим так пагубно на тебя подействовал?
– Мам, ты в своём уме? Я выпила раз в пятилетку. Я не железная. У меня нервы сдают. Стресс.
– Егор говорит, у тебя была белая горячка. Какие-то видения…
Услышав про Егора, я дёрнулась.
– Странный твой Егор. Очень странный.
– Кстати, а где Тим? Что-то я давно его не вижу.
– Можно подумать, ты раньше с ним каждый день встречалась, – произнесла я и с издевкой добавила: – На балконе.
– Где? – не поняла меня мать.
– Мам, откуда я могу знать, где он? Я ему в няньки не нанималась.
– Он же твой муж. Не нервничай, пожалуйста. Тебе нельзя. Дочь, можно я домой поеду? Завтра тебя навещу. Тебе придётся какое-то время полежать в больнице. Врач сказал, у тебя сильное нервное истощение.
Если бы мы знали, что всё так получится… Лучше бы ты этот кредит не брала.
– Мам, иди домой.
– Пойду. Меня в коридоре муж ждёт. Дочь, мы за «скорой» на своей машине ехали. Мы пока её забрали. Ты же всё равно в больнице. Ты не против?
– Не против.
Когда мама ушла, я долго смотрела на капельницу, пытаясь понять, что со мной сегодня произошло, но голова отказывалась работать. Живой Егор… Мешок, непонятно как появившийся на моём балконе… Может, я действительно сошла с ума. Не удивлюсь, если завтра в больницу меня придёт проведать Тим.
Нет, это невозможно. Я точно помню, что убила его. И помню, как Егор взял мешок, и мы поехали с ним в лес.
Ко мне подошла молоденькая медсестра и проверила капельницу. Заметив на моих глазах слёзы, она села рядом.
– Что, всё настолько плохо? – осторожно спросила она.
– Хуже не бывает.
– Темно всегда перед рассветом.
– Никакого рассвета не будет.
– Это так кажется. Пройдёт время, и вы сочтёте проблемы смешными.
