Наверное, длилось все это около получаса, за которые никто из стражей в наше убежище не рвался, спасения и отдыха не искал. Мы уже понадеялись, что и это нашествие отбито, как увидел в стекло несущихся по коридору оленей, медведей, свиней, диких кошек, овец – все они были давно мертвы. Это было заметно с первого взгляда. Следы разложения невозможно было скрыть даже на расстоянии. И для оленей и овец нехарактерно сбив человека возвращаться к нему, чтоб полакомиться свежей плотью. А именно это животные и творили сейчас на третьем этаже моего замка.
- Гигор. – Воскликнул Гас, от чего у меня на мгновение остановилось сердце, а потом оно застряло в горе, потому что я, как в замедленном кадре видела Гигора и его людей, стоящих в коридоре на пути нежити. Гигор кидал в несущуюся на него нежить огненные шары больших размеров, и эти шары угасали только пролетев несколько метров, сжигая все на своем пути. Но место испепеленных животных занимали другие и неслись вперед, напирая друг на друга.
Вначале этого сумасшествия плечом к плечу с Гигором стояли все маги его отряда, они безустали поддерживали огненный вал множеством магических ударов.
Но не прошло и пяти-шести минут, как единственным огневиком на пути нежити остался мой деверь и только Нидар все еще поддерживал над дядей щит, закрывая от потоков пыли и искр пламени. А все маги отряда носились по коридору за спиной своего командира и били кулаками и ногами об двери, пытаясь раскрыть их.
А я смотрела на них и понимала, что у магически одаренных воинов, наверняка, половину жизни проводящих в тренировках, сейчас сильнейшая, лишающая памяти паника.
Я помнила слова Гигора: «Двери, на которых нарисован круг, открываются только внутрь помещения, остальные наружу» На тех дверях, которые пытались ударами вышибить мечущиеся воины, ничего нарисовано не было. А они вместо того, чтобы просто схватиться за ручку и потянуть ее на себя, пытались ударом открыть дверь во внутрь комнаты. Хотя, это на них сейчас неслась волна агрессивных трупов.
Я бы на их месте тоже вряд ли спокойно рассматривала двери и думала, в какую же сторону их раскрывать. Тем более, там, в коридоре видимость была не самой идеальной, а от вспышек огненных снарядов Гигора начинали слезиться глаза даже у нас, наблюдающих за происходящем из безопасного убежища.
Но тут мы увидели, как кто-то все-таки открыл дверь, и стражи, что-то крикнув в сторону Гигора, скрылись в комнате, которая оказалась моей морионовой ванной .