А если называют друг друга по имени, значит быть беде. ― Посмотри у нас еще трое таких проводов впереди. Давай не будем плакать. Ты же знаешь я не хочу переживать за вас всех. Вы мои солнышки.
Папа, как всегда, может успокоить маму. Он у нас высокий, метр восемьдесят девять, чуть худоват для своего роста, но всегда подкачанный и стройный. И даже возраст его не портит. Вот только почти седой уже. Высокий лоб, широкие скулы, голубые с зелеными вкраплениями глаза, полные губы, ровный нос небольшой картошкой, в красивой светлой рубашке с коротким рукавом, расстегнутой на первые две пуговицы, темно-серые брюки, черный туфли и широкая искренняя улыбка.
«Спасибо пап» ― говорю одними губами, и лезу в машину за сумкой.
Рядом с нашей машиной слышен страшный визг тормозов и резкая перегазовка какой-то машины. Мы все резко подпрыгиваем и замолкаем. По звуку понимаю, что это явно что-то мощное. А сердце в груди так и ускоряет свой стук. Вылезаю из машины, становлюсь ровно и поворачиваюсь в сторону звука.
Буквально в двадцати метрах от нас припаркован черный спорткар, а к нему начинают стекаться студенты, и явно из ""золотой молодежи"" нашего универа, так как мальчики чересчур холеные, а девочки слишком раскованы.
А из авто вылезает парень, хотя он больше похож на спортивного подкаченного мужчину, ростом на голову выше каждого кто стоит в его компании, темненький. С нашего расстояния хоть и не видно цвета его глаз, но понятно что они яркие и глубоко посаженные. На голове очки авиаторы, темная футболка поло которая выгодно подчеркивает его фигуру, мощные руки и крепкие ноги в черных джинсах.
А когда поднимаю голову к его лицу, понимаю что он смотрит в нашу сторону. Ничего так, симпатичный. А его харизма достают наверное даже до входа в универ. Склоняю голову набок и не отвожу взгляд, чтобы дать понять ему, я не из робких.
Я его не видела при поступлении. Интересно кто он? Хотя наверное, лучше не знать. Потому что учитывая девочек, которые трутся возле него своими прелестями, женским вниманием он не обделен.
Я не очень люблю самовлюбленных кобелей, которые любят поиграть и бросить, как только им надоест. Да и любить таких не за что. Они любят только себя!
Смотрю с прищуром, а он начинает улыбаться мне, и подмигивает. Что за…? Тут передо мной возникает мама и начинает говорить:
— Нет! Даже не смотри на таких. Мира? Ты меня слышишь?
— Да мам, слышу. ― отвечаю и перевожу внимание на маму. ― Я не собираюсь ничего такого делать. ― закатываю глаза, — Не волнуйся.
