Вот это насмешил!
— Какую прическу? — сквозь смех спросила я, — Мою? — вот только успокоить себя было не очень легко, — За одежду я тебе сказала спасибо, согласились сходить на обед, а вот за прическу можешь не волноваться — я не ваша, местная «леди», — последнее произнесла уже другим голосом, чтобы выделить свое отношение ко всему этому, — которая потеряет сознание от мокрой головы! И вот поверь, в тот момент, я переживала больше о том, что мне бы пришлось идти домой переодеваться, а не о том, о чем ты так любезно, волновался.
И тишина. Вот что он молчит?
— Ты там живой? — спрашиваю в трубку.
— Да. Живой. — отвечает выделяя каждое слово, — Говорил же колючка! — и как-то тяжело дышит в трубку.
— Это все что ты мне хотел сказать? — спрашиваю и беру чайник, чтобы сделать новый чай. Резко толкаю его вперед и кипяток расплескивается вокруг попадая мне на руку, — Ах ты ж ёжики сушеные!
— Что случилось? — слышу взволнованный голос в трубке, — Мира тебе плохо? — неужели правда переживает?
— Все в порядке.
— отвечаю, подставляя руку под холодную воду, — Обожглась немного.
— У тебя явно сегодня не твой день. — говорит мне, вздохнув.
— Ага. И каждый раз ты рядом. — вот так тебе, чтобы знал как навязываться девушке.
— Если бы я был рядом, я тебе оказал первую помощь. — говорит, спокойным, но каким-то уже измененным голосом, — И на ручках поддержал бы, чтобы быстрее все прошло. — а у меня начинают мурашки табунами бегать по коже от его слов.
— И подул бы, и поцеловал? — спрашиваю, дразнят его, да только то что подкидывает моё воображение немного отличается от того, что делали мама с папой в детстве, когда я зарабатывала ссадину или ранку.
— И не только! — отвечает, рвано выдыхая.
Нужно это все заканчивать. Мои фантазии прерывает голос, который звучит из трубки на заднем плане. И я резко отключаюсь. Нельзя так! Нельзя! Он на меня плохо влияет. Вот об этом меня и предупреждала мама, скорее всего."
"Почему же я не могу восстановить свое дыхание? Уперев руки в столешницу, стою с закрытыми глазами.
Нужно привести мысли в порядок, чтобы девчонки ничего не заметили.
Сзади на мою спину, ложится чья-то ладошка, тихонько поглаживая между лопаток.
— Что случилось Мир? — спрашивает Аня тихо, рассматривая меня.
— Ох, Анька, как же это все не вовремя. — отвечаю, тяжело вздыхая и качая головой из стороны в сторону.
— Мир? — спрашивает настойчивее.
— Макс звонил. — поворачиваюсь к Ане лицом и упираюсь пояснице о столешницу теперь.
