Так, выдыхай Макс! Выдыхай!
Уж лучше мечтать о такой девочке, чем быть убитым моим отцом. Опоздание на «семейный ужин» он мне не простит. Никогда не прощал!
Звоню Дену узнать, где они сегодня собираются устроить вечеринку в честь первого дня осени. Может и я сегодня вырвусь из своего серпентария развеется. Хочется напиться и забыться.
— Что хотел? — весело спрашивает друг, — Или ты уже соскучился за мной? — Хохочет.
— Да. Безумно! — отвечаю ему с сарказмом, — Хочу тебя отыметь за то, что позволил себе сегодня ржать надо мной.
, — говорю с напускной грозностью.
— Да ладно! — продолжает ржать Ден, — Мне так весело еще не было. Хотя с такой девчонкой, как Мира, весело будет всем. — добивает меня.
— Я не посмотрю, что ты мой друг ещё со школы, — начинаю рычать ему в трубку, — и набью тебе твое милое личико.
— Я пошутил! — сразу начинает оправдываться, — Шутка не удалась! Зафиксировал и исправил. — начинает меня отвлекать Ден.
— Вот и договорились! — выдыхаю я, — Где вы сегодня собираетесь?
— ТЫ хочешь к нам присоединиться? — удивленно спрашивает Ден, — А как же «семейный ужин»? — и даже вижу как он показывает в воздухе кавычки.
— Будет! — хохотнув, отвечаю, — Я подъеду после! Хочу сегодня напиться и оторваться.
— Ессс! — кричит в трубку так, что мне приходиться ее убрать от уха, чтобы не оглохнуть, — Парни, Макс сегодня с нами! — продолжает горланить Ден.
— Перестань орать! — улыбаясь, кричу ему, — Я постараюсь быть! Надеюсь, этот домашний цирк закончится не поздно.
— Друг, мы будем за тебя держать кулаки! — начинает поддерживать меня, что очень ценно для меня, особенно во времена лжи и предательства.
— Хорошо. До встречи. — отвечаю и кладу трубку.
Подъезжаю к дому. Сигналю, чтобы Петрович открыл ворота. Потихоньку еду по дороге ко входу и пытаюсь вспомнить хоть что-нибудь приятное, связанное с этим местом. У нас шикарный дом — похожий на средневековый замок из серого кирпича, огромный участок, который усаженный всевозможными растениями и цветами. Некторых я даже названия не знаю.
Огромный бассейн, большая беседка в которой часто собирается отец со своими компаньонами. Но это все обертка. Яркая и красивая, но холодная и гнилая внутри. Все здесь пахнет роскошью с примесью цинизма и непомерной гордости, которая только отравляет все вокруг. Оставляю машину на стоянке и захожу в дом.
А тут уже начинается «веселье».
— Сынок, ты уже дома? — начинает мама наигранно бодро, — Какой ты молодец, что поторопился домой.
