Дрожь пробила все тело, от макушки до пяток, и это была плохая дрожь. Я оперлась руками о стол и начала медленно вдыхать-выдыхать, стараясь успокоить сердцебиение. Получалось конечно, откровенно паршиво, но…
— Фуууух! — тяжелый выдох, а мне на плечи ложатся руки мужа.
— Ира… Больше никогда не пускай этих людей к нам в дом, если меня нет дома! Хорошо? Или ты тоже забыла чем закончился прошлый раз?
— Мгм. — я только и смогла так ответить, да откинутся на грудь мужа. — Мира больше не поедет в универ.
— Не поедет. — согласился муж.
— и одну ее тоже оставлять нельзя больше.
— Нельзя.
— Гена, это какая-то гадость! — зарычала я, — Почему спустя столько лет мы опять столкнулись с этим человеком, м?
— Ирочка, зайка, мы справимся. — я получила нежный поцелуй в макушку, и почувствовала как муж вдыхает запах моих волос. Гена всегда так делает, чтобы успокоиться. — Всегда справлялись.
— Да… только тогда ты спасал меня, а теперь нам с тобой спасать нашу дочь.
И вот сейчас у меня побежали слезы, потому что только сейчас начало доходить, что нам придется пережить.
Опять!
Глава 29
Макс…
Два месяца! Сука! Два гребаных месяца ада на земле!
Как я ненавижу отца! А ведь раньше думал, что моя ненависть достигла предела когда он заставлял меня жениться на Насте, но придел пришел тогда, когда я понял, что мой отец и Настенька, решили избавиться от Миры!
Но в тот момент пришел не только придел, пришло и понимание, что меня не оставят в покое. А ставить жизнь моей девочки под удар я не готов.
Я не могу находиться с ней постоянно.
Но самое страшное, что даже не мог ей этого всего объяснить, потому что как только выяснил все, то понял, что за нами постоянно кто-то следил, а я осел, даже не замечал этого.
А то как уходил от Миры, себя до сих пор сжираю изнутри, за те слезы, что моя девочка лила. А она плакала! Я знаю! Потому что такое количество гневных сообщений я не получал никогда в жизни ни от одной своей бывшей! А тут даже не бывшие, а подруги моей Миры!
И даже Ден перестал проводить со мной вечера.
Только встречи в универе и тренировки, да посиделки после них и то не допоздна, потому что Аня сказала ему, что мою наглую рожу видит не может!
А теперь я даже в универе не вижу свою малышку. Она исчезла и даже друг не говорит мне, что происходит. А он знает! Знает, сука, и молчит!
Да еще и с телефоном какая-то хрень творится. Я вообще перестал понимать что-либо. Хотя, судя по гневным тирадам своего отца, за последние несколько недель, он знает тоже больше моего.
