Они молча поднялись в квартиру, Стас разулся, пошел в ванную, а Даша замялась на пороге. Впервые с тех пор, как пришла сюда, воспользовавшись доверительно врученными ей ключами.
Стояла, сжимая пальцами клатч… И не знала, что нужно делать в такой ситуации. Подойти с извинениями или ждать… Просто ждать, когда Стас переживет все в себе и первым подойдет с разговором?
— Почему застыла? — он вышел из ванной, глянул на нее все так же серьезно, собрав брови на переносице.
— Я просила отвезти меня к себе… — Даша же снова не выдержала взгляд — опустила свой.
Еще днем была такой борзой, воинственной, готовой открыто дерзить Дине, а теперь… Опять чувствовала себя глупо и виновато.
— Черт. Прости, — Стас ругнулся в ответ, потер руками лоб.
— Снова голова болит? — он никогда не жаловался, только таблетки пачками пил, а Даше это было ножом по сердце.
— Пройдет. Отвезти тебя? — Стас отмахнулся, подошел опять, взял с тумбы оставленный там ключ от машины. Не особо-то смотрел на Дашу, явно собирался опять обуться, выйти, так же молча отвезти, куда просила… А потом думать здесь о чем-то своем.
Долго и нудно. Куря и хлеща кофе. Обеспечивая себе же очередную бессонную ночь.
— Нет. Прости меня. Пожалуйста, — но Даша меньше всего хотела именно этого. Поэтому выпустила из рук сумочку, которая со стуком шмякнулась о пол, открылась, позволяя разлететься содержимому во все стороны, перехватила Стаса поперек туловища, прижалась лбом к груди, зажмурилась, укрепляя объятья. Стало страшно, что он может злиться настолько, что снимет с себя ее руки, настоит все же на исполнении ее просьбы…
Он же застыл на несколько мгновений, стоял, как истукан, не пытаясь ни поощрить, ни отказать, потом же устало выдохнул, одной рукой прижал к себе, вторую опустил на поникшую голову, провел пару раз по волосам.
— Зачем, Даш? Я ведь действительно просил… Я не хочу, чтобы ты лезла во все это…
— Она сама мне позвонила, Стас. Взяла на слабо. Сказала, что… Что взрослые девочки не отказываются от встреч…
Даша еще сильней зажмурилась, потому что рука Стаса застыла, а сам он не сдержал еще один шумный выдох.
Теперь-то Даше и самой было стыдно повторять, на что она повелась. Это было максимально глупо, сейчас она прекрасно это понимала, но тогда… Тогда ведь ее было не остановить.
— Я знаю, что должна была просто игнорировать, прости меня. Я не смогла. Я надеялась, что смогу объяснить ей…
— Ей никто и ничего не может объяснить, Дашка.
