Осторожно постучал по двери, не желая её пугать, ответом было очередное чихание.
– Привет, – поздоровалась девчонка, снова чихая в ладонь, – прости, не могу остановиться.
– Привет, кажется, кто-то заболел, – удручённо заметил я, размышляя, останется ли она у меня ещё на чуть-чуть.
– Нет! – запротестовала. – Я никогда не бо-пчхи-лею.
Сел на край кровати, касаясь губами горячего лба. Возможно, я и хотел бы, чтобы этот жест не был таким интимным, но совладать с собой не смог. Расположил руки по обе стороны от неё, рассматривая крапинки в голубых глазах с потрескавшимися капиллярами белков.
– А ты очень горячая девочка.
Она растерялась, и я понял, что совсем не подумал о том, что у неё может быть посттравматический стресс. Отстранился, коря себя за необдуманное поведение.
– Надо вызывать врача, ты горишь.
– Ничего подобного, – возразила, гундося. – И что у тебя за навязчивая идея показать меня докторам, до тебя я вообще их в глаза не видела.
Да уж, с этим не поспорить.
– Похоже, я приношу тебе одни беды, Алёна, – озвучил собственные мысли.
Она замерла, а когда я захотел встать с кровати, сжала край моей рубашки, очень серьёзно смотря на меня.
– Я тебя не ненавижу больше.
– Порой мне кажется, что лучше бы ненавидела, – коснулся нежной щеки мимолётным движением. Она поймала мою руку и сжала кончики пальцев. И снова этот прямой взгляд, сбивающий наповал.
– Только иногда, – призналась она усмехнувшись. – Мне, наверное, пора, а то скоро придёт твоя девушка.
Чёрт. Мила.
Тысячу раз пожалел о совершенной глупости. И как теперь всё объяснить?
– У меня нет девушки.
– Конечно, – фыркнула Алёна, откидывая одеяло. – У тебя множество девушек.
– И куда ты собралась?
Моя майка на ней задралась, и я увидел на бёдрах девушки ссадины, которые вчера обрабатывал, и подумал, что мало Кириллу досталось от меня.
– Домой, а то нагрянут твои поклонницы, а тут я. Не хочу мешать.
Алёнка злилась как маленький ребёнок, не в силах сдержать эмоции, и до того это выглядело забавно и мило, что с трудом переборол в себе желание засмеяться.
Будь на её месте любая другая, это вызвало бы во мне раздражение, как, впрочем, раньше всегда и бывало.
Потянул за край собственной майки, привлекая Алёну к себе, так что она оказалась зажата между моих ног, удивлённо на меня взирая. Хотелось залезть руками под её скудную одежду, сжать бёдра, подняться руками к талии, чтобы чувствовать тепло обнажённой кожи.
