Я только успеваю моргнуть, как она стоит передо мной в шикарном комплекте нижнего белье, а платье закинуто в угол дивана.
— Малыш, — выдыхаю я.
Снова она неправильно меня понимает. Я хотел ее остановить, но мягкие губы уже накрывают мои. Маша садится на мои колени, прижимается всем телом, обхватывает шею ладонями, жадно целует. Отвечаю чисто на рефлексах. Понимаю, что ее действия не вызывают во мне прежних реакций. Маша тоже чувствует, что я не возбуждаюсь. От слова совсем. Начинает плавно двигать бедрами. И ничего.
Фаталити, блять. Все дело в том, что я не поддаюсь эмоциям. Контролирую себя. Впервые так получается. Теперь понимаю, как Алиса смогла меня остановить. Перехватываю руку Маши, когда она ведет ладошкой по моему прессу к резинке трусов.
— Стой, Маш.
— Что? — выдыхает она. Встречаемся взглядами. Я охреневаю от количества эмоций, которые успеваю заметить за долю секунду. В ее глазах мелькает непонимание, удивление, осознание, обида и злость. Маша толкает меня в грудь и резко вскакивает на ноги.
— Ты меня отталкиваешь? Не хочешь?
— Дело не в этом…
— Я вообще-то проглотила сегодняшнюю ситуацию. Поняла, что была не права в каких-то высказываниях. Пришла извиниться, а ты отталкиваешь? — говорит она, задыхаясь от возмущения.
— Извиниться можно и без секса, — спокойно отвечаю ей. Маша подскакивает с моих колен и быстро натягивает платье.
— Это унизительно.
— Что именно? Извиниться словами? Поговорить? Признать ошибки в разговоре? Секс не всегда решает проблемы, Маша.
— Сомневаюсь, что ты бы отказался от таких извинений от Алисы, — шипит Маша. Я перестаю в этот момент узнавать в ней свою любимую девушку. Ее будто подменили. Неужели ревность способна на такое?
— Алиса здесь при чем? — мне все сложнее сохранять спокойствие.
Маша кусает губы от злости. Все пошло не по ее плану. Она теперь не знает, что делать дальше. Понимаю, что прошлые наши споры практически всегда решались через постель. Ну как решались… Мы мирились, занимаясь сексом, но проблема-то оставалась.
После мы никогда не возвращались к причине ссоры. Не разговаривали. Почему я раньше об этом не задумывался?
— Ваня, ты хоть заметил, что ее стало слишком много в твоей жизни, в нашей жизни? — выдавливает Маша, опускаясь рядом со мной на диван.
— Сейчас мы одни, а ты продолжаешь говорить о ней, — отвечаю я, обнимая ее за плечи.
— Но ты меня оттолкнул. Не хочешь больше меня? Из-за нее? — снова начинает заводиться, но я тяну ее на себя и нежно целую.
