Ну как сообщить, что добровольно согласилась на такую фотосессию? Разве я не знала историй, когда такие кадры всплывали после расставания? Знала. Однако решила, что уж со мной этого точно не произойдет никогда, потому что Назар не такой.
Так и есть, он не такой. Он гораздо хуже. Мой личный кошмар — вот кто он.
— Все будет хорошо, — успокаивающе шепчет тетя и гладит меня по спине, и я благодарно впитываю ее поддержку и тепло.
Отстраняюсь только тогда, когда слышу, как достаточно громко урчит ее пустой желудок.
— Ой, ты же голодная, пойдем есть, — виновато произношу я.
— И… спасибо.
— Я всегда за тебя, помни, — ободряюще улыбается тетя и кладет теплую ладонь мне на плечо. — Пойду помою руки и переоденусь, а ты пока включи чайник, ладно?
Через десять минут на столе уже стоят две тарелки с овощным рагу и куриной котлетой, и я присаживаюсь на свое место.
Тетя заходит и достает из пакета белую коробку, перевязанную лентой:
— Я тут «Наполеон» прикупила, побаловать тебя вкусненьким.
— Мы лопнем, — хихикаю я, замечаю недоумение тети и поясняю: — Лена приходила, тоже принесла торт.
— Ну, много не мало, — философски изрекает тетя и садится за стол. — Алис, я тут вот что подумала: раз уж с основной работой не ладится, возьму пока подработки на дом.
Она отправляет в рот ложку рагу и довольно покачивает головой:
— М-м-м, какая вкуснятина. Ну а что, наберу несколько ИП и мелких фирм, как уже когда-то делала. Выход? Выход. Так что не переживай, мы справимся.
— Угу, я тоже планировала поискать работу дистанционно, — мнусь я.
И вроде не хочется быть плохим вестником, но куда деваться. — Есть одна маленькая загвоздка: ноут навернулся.
Глаза тети увеличиваются в размере, она даже жевать перестает.
— Э-э-э…
Да я сама в шоке, что уж.
Пожалуй, впервые за долгое время тетя не находится с ответом. Пора признать: дело швах, видимо, у нее с финансами тоже совсем туго, и она лишь хорохорилась передо мной до этого.
Думай, Алиса, тебе ведь голова нужна не только для того, чтобы в нее есть?
В конце концов, пойду промоутером куда-нибудь или курьером.
— Вот еще, — хмыкает тетя, и я понимаю, что сказала это вслух. — Мало ли, может, тебе вредно много стоять?
— Ну теть, я ведь не больная какая-нибудь, в самом-то деле.
— Да, — в итоге кивает она, — ты права, прости. Просто твоя мама почти всю беременность пролежала из-за гипертонуса, ее даже в больницу клали.
— Ого, я не знала, — поднимаю брови я.
— Так незачем было рассказывать, — пожимает плечами тетя.
