Любила Аринка коней, да что там, вообще животин любила, и те ей отвечали такой же любовью. Собаки никогда не лаяли на рыжую, кони, всхрапывая, шли сами, и тыкались бархатными губами в шею. Однова было, поехали они с дедом на ярмарку в Зухарево, так там медведя водили по улицам. Тощий мишка с клочковатой шерстью подался к Аришке и взрыднул так зверино и плаксиво. Рыжая потом еще долго поминала деду тот случай, и все просила выкупить мишку у цыган. Жалела сильного зверя за его худобу и несвободу.
— Так ты чего пришла-то, Аринушка?
— Мне бы письмо передать с Федором Антипычем.
Деда велел.
— А вон он идет сам. И Петруша с ним.
Петька Мамаев, завидев Арину, насупился и плечи расправил — обижен был ее отказом. А Аринке по боку! Какая уж там любовь, если Петька попытался ее к забору прижать и подол задрать? И ладно бы, если по сговору, так силой… Аринка высмеяла его, давно заметив, что Петька побаивается насмешек, вот парень и хмурился, сердился. Видно, не понравилось, что его — завидного жениха — так отпихнули и обсмеяли.
Аринка отмахнула положенный поклон и обратилась к хозяину.
— Федор Антипыч, деда просил передать. Не откажите, — протянула и послание, и оплату.
Купец кивнул, взял и спросил.
— Здоров ли Михал Афанасич?
— Здоров, благодарствуйте. Просил отправить в Богуново для сотника Медведева.
— Передай деду — сделаю.
Аринка облегченно выдохнула и упорхнула домой, спиной чуя взгляд Петра, но почитая его тем, кого она уж не увидит.
Ошиблась девка.
Ответа на письмо ждали дед и внучка почитай месяцев пять, и за это время приходили сваты от Мамаевых, а Михаил Афанасьевич отказал. Петька потом долго упивался кислым вином и старым пивом. Аринка же сторонилась дочек мамаевских и сидела больше в гриднице. Изредка выходила на улицу и смотрела на честной народ, что метался по своим делам, на коней, которые таскали тяжелые санки по грязному снегу.
Аришка любила поболтать, но в городище народ все больше проезжий, а местные ее не принимали.
Видно, чуяли, что девка непростая. Обучена и ответить может так, что потом долго надо морщить лоб и думать — о чем это она? Да и рыжая, опять же. Вроде Ярило поцеловал, а все не такая, как все.
Пришлые же, проходя мимо забора, видели симпатичную девчонку, улыбались ей и в ответ получали белозубую улыбку и приятный взгляд ясных глаз. Задерживались у ворот и болтали. Аринка отвечала и радовалась живому слову и людям. Так и прошли деньки до талого снега.
